Копьё тысячи молний. Том 1

А Тисан тут находился не один.

В дальнем углу пещеры, прямо возле стены, спала на лежанке из сена и палок молодая снежная рысь. Её белая шерсть моментально встала дыбом, как только кошка почуяла чужака. Огромные хищные глаза распахнулись, животное зашипело.

— Вот чёрт… — вымолвил Тисан.

Рысь вскочила и бросилась в атаку. Она была размером с человека и легко могла порвать добычу вдвое крупнее себя. Таким животным не стоило попадаться на пути.

Тисан попытался призвать своё копьё, но оружие не явилось.

Только в этот момент он вспомнил, что выронил его в бою возле Проклятого леса. Это было плохо, без острого клинка хищник разорвёт его в мгновение ока.

Зверь прыгнул, выставив лапы вперёд.

Тисану пришлось отпрянуть назад. Он быстро выполз из пещеры и призвал единственное, что у него осталось из оружия. Им оказался видавший многое сточенный нож.

Такой зубочисткой рысь было не напугать, она ловко выпрыгнула из пещеры вслед за добычей и тут же лапой нанесла несколько ударов.

Тисан попытался использовать Броню тени, но та сработала плохо, поглотив лишь часть урона.

На и так измученном теле появилось ещё несколько больших рваных ран.

— Да отстань ты! — зло рявкнул Тисан и пырнул рысь ножом в бок, а после постарался, пусть и безуспешно, воткнуть лезвие в её в шею.

Животное снова зашипело и отпрянуло в сторону. На снегу проступили красные пятна. Однако эти раны не заставили дикую кошку отступить, она лишь присела, а после прыгнула вперёд, собираясь подмять добычу под себя и лишить её жизни.

Тисан и хищник сцепились друг с другом и покатились вниз по склону. На одном из каменных выступов Призраку посчастливилось зацепиться за камень рукой. А вот рыси повезло меньше, она протяжно рявкнула и свалилась с высокого уступа.

Тисан подполз к обрыву и глянул вниз. Рысь всё ещё была жива, но уже дёргалась в предсмертной агонии. Видимо, подобное падение не смогла пережить даже кошка, а ведь говорят, что они всегда приземляются на лапы.

Призрак осторожно спустился вниз и подошёл к животному. В душе Тисана не было злости, но не было и жалости. Если бы дикий хищник был старше и имел в себе ядро зверя, появляющееся у долгожителей животного мира, то умер бы уже человек.

— Такова жизнь, — произнёс победитель, тычком ножа оборвав мучение рыси. — Выживает сильнейший.

Целиком туша не помещалась внутрь пространства браслета, а потому пришлось освежевать её на месте, отделив шкуру, кожу и мясо.