Мертвый мародер

Хочу убедиться, что ты не вешаешь лапшу на мои и без того длинные уши.

Это шутка какая-то? Или здесь нравы попроще? Уж не слишком ли быстро развиваются наши отношения? То глаза отводит, то просит показать самое сокровенное. Но я же не девственный ботан какой. И скрывать мне нечего. Хочет увидеть — пожалуйста.

— Смотри, — приспустил штаны. — Не жалко.

Тила улыбнулась и чуть наклонила голову вбок:

— Не врал, однако. А он правда совсем-совсем не... — подруга протянула руку и тут же отдернула, как от раскаленного железа.

— Так, хватит. Ты меня, наверное, заколдовал. Совсем уже с ума схожу.

— Да ладно тебе, — с улыбкой натянул портки. — Чай не дворяне. Кстати, хочу тебя попросить...

— О чем? Теперь я должна показать?

— Вот ты неугомонная. Нет. Я собрал на берегу черепа рабов с галер. Хочу похоронить их, да не знаю ни молитв, ни обрядов.

— Рабов? — блондинка тут же посерьезнела.

— Да. Гребцов с затонувших галер. Это... ваши товарищи. Эльфы, орки, гномы, люди.

— Свет всемогущий, — прошептала в ответ. — Мы и не думали.

.. Веди, быстрее.

Тила опустилась на колени у края могилы и внезапно всхлипнула.

— Все в порядке?

— Нет, — она утерла слезы рукавом. — Мои родители отдали все, чтобы вывезти меня на Шел. А сами попали в плен к имперцам. Как думаешь, они... могут быть здесь?

— Без понятия...

— Но ты же некромант! И умеешь говорить с мертвыми!

— Не напрямую. Для этого придется их поднять. А я... не хотел бы тревожить их покой.

— Пожалуйста, — спутница повернула ко мне слезящиеся глаза. — Я должна знать.

— Ладно, — по привычке протяжно вздохнул. — Сейчас попробую.

Нацелился на горку эльфийских черепов и вскину ладонь:

— Слуги, восстаньте!

Останки окутало чернильное марево, и выпрямились они уже в полном комплекте, несмотря на то, что остальные кости по-прежнему лежали на дне.

— Меня зовут Тила Тиринор, — процедила девушка сквозь злые слезы. — Есть ли среди вас моя родня?

— Отвечайте, — приказал я.

После недолгих раздумий скелеты кивнули. Эльфийка же уронила лицо в ладони и задрожала.

Осторожно коснулся трясущихся плеч — подруга не стала сопротивляться. Лишь прильнула ближе и зарыдала еще громче.

— Ты можешь... можешь поднять именно их? Я назову имена.

— Тила...

— Умоляю! — селянка подняла зареванные покрасневшие глаза, где сверкали зловещие огоньки. — Верни их хоть на миг!

— Тила, — сгреб ее в охапку, наслаждаясь мягким теплом живого девичьего тела, вот только это чувство разительно отличалось от возбуждения или чего-то подобного.