Йормундур

Длинные, сверкающие сталью пластинчатые наплечники сливаются воротом вокруг могучей шеи и закрывают часть груди, сходясь на ней перевёрнутым треугольником. Торс обмотан кожаными ремнями для ножен, а один через широкую впалую грудь заходит за спину, держа колчан стрел, ныне снятый по ненадобности. По длине меча и размеру его великанской гарды любой мог подивиться той силище, что ладила с таким оружием в бою.

Между тем в кулуарах замка при единственном свете факела, чей огонь колыхал вездесущий сквозняк, сошлись две фигуры.

Свист, доносящийся из щелей в запертых ставнях, множится эхом длинного коридора. Когда между силуэтами расстояние достигло вытянутой руки, собеседники ясно различили знакомые лица друг друга. Женщина в длинном одеянии, укутавшем её с головы до ног сплошным чёрным сукном, не беря в счёт белую ткань вокруг лица и шеи, заговорила первой.

— Брес. Его милостью, мы снова встретились в эти смутные времена.

Мужчина в плаще до пят уступает в росте своей знакомой, а глядя на волосы, его и вовсе можно принять за девицу: пышные светлые кудри опускаются по плечам до самых лопаток. Бархатный шёпот прервал завывания ветра, почти не вызывая эха.

— Почтенная Дорофея, в соседнем зале сейчас решается судьба септа. Твоё слово непременно должно прозвучать, и брегоны к нему прислушаются. В Киллало, да и за пределами деревни тебя уважают и почитают как святую.

— Что же от меня требуется? — почти неслышно посмеялась дама.

Мужчина переложил трещащий пламенем факел в другую руку.

— Убедить их назначить Махуна риагом.

— Махуна? — во мраке послышались удары бусин из чёток. — Не уверена, что церковь может содействовать риагу, который даже не крещён.

— Семья Кеннетига всегда поддерживала приход, сколько средств...

— Я всегда говорю, что наш ораторий отстроен милостью простых крестьян и фуидиров, а не служит семейной часовней Дал Кайс.

— отрезала Дорофея.

— Таких церквей и монастырей может быть не один и не два по всему Манстеру. Ты и твои люди понесут слово божье по всему королевству вместе со знамёнами Махуна. Как только решится вопрос с наследованием престола, мы пойдём на Лимерик, оттесним оттуда язычников.