Маска зверя

– Вы не у себя на родине!

- Я лишь предостерёг вас и ваших людей от необдуманных поступков, господин сотник. И теперь, надеюсь, мы можем поговорить спокойно. Так что же было украдено, не поведаете мне?

- Он знает, что! – раздражённо выпалил сотник, тыча в меня своим трясущимся от похмельного тремора пальцем.

- Зато не знаю я. Ну же, не стесняйтесь, говорите.

Раскрасневшийся мужик засопел как паровоз. Еле сдерживаемая ярость граничила с усталостью от бессонной ночи. Но статус и сила Кромвеля сделали своё дело.

- Это не так важно. Но он пробрался в мой дом и осквернил мою спальню, и я требую призвать его и его подельников к ответу!

- Подельников? Вы утверждаете, что он был не один?

- Один человек не смог бы... наделать столько.

- Что ж, осквернение спальни благородного – безусловно серьёзное нарушение, – важно кивнул маг. – И требует тщательного разбирательства и последующего наказания. Но для начала сей факт должен быть доказан. Итак, для выяснения правды я бы предложил свои услуги, но боюсь, меня вы посчитаете предвзятым.

Хмурый сотник заиграл желваками, но в нерешительности пока просто стоял и пучил свои глаза то на Кромвеля, то на меня. Наконец, решив что-то для себя, он выпалил:

- Хорошо, но вопросы задавать буду я. И если окажется, что я прав, то никакая бумага, даже подписанная лично королём, не спасёт этого ублюдка! Как и того, кто его прикрывает.

После чего, стараясь сохранить как можно больше достоинства, он развернулся и приказал своим людям следовать за ним. Те, надо сказать, подчинились крайне охотно.

- А без всяких проверок никак? – спросил я мага, когда тот зашёл во двор.

- А ты как себе это представлял? Что я их всех расшвыряю в разные стороны, а самого наглого заставлю голышом бежать через всю Солнечную? Ты, кстати, про "осквернение", ничего мне не говорил.

- Да там ничего прям уж такого, так, естественные потребности...

- Тогда тем более. К тому же, мне-то ты можешь не врать, на допросе тебе бояться нечего. Я слышал, что ты отвечал королю.

Никаких обличающих себя комментариев я давать не стал. Иногда лучше просто хранить молчание, чтобы сказанное тобой не было использовано против тебя же. Но и то, что Кромвель определённые выводы о моей персоне для себя уже сделал, я тоже запомнил.