Боярский Сын III - Шаман

У дипломатического терминала не было отдельной причальной башни, к которой швартовались небесные судна, как это было в общем терминале. В дипломатическом терминале корабли заходили на посадку прямо к земле, чтобы гости императора не тратили время на спуск к земле…

Внутренне личный помощник императора поморщился, но внешне виду не подавал. Очень уж хотелось призвать источник и сжечь этот самолет дотла, благо, не только его племянник мог пользоваться молнией… В Источнике всех кровных Трубецких вместо простого огня была молния…

Наконец-то корабль британцев опустился к земле.

Рулевой оказался настоящим мастером своего дела, и корабль остановился швартовочным окном прямо перед установленным на земле трапом.

Люк коридора моментально открылся, и на трап выскользнул молодой юноша лет двадцати на вид, в цветах британской империи.

Лев Леонидович осмотрел юношу и вновь внутренне поморщился. Юноша был высоким, стройным, но в его движениях скользила некая женственность. Да и внешность… слишком слащавая для мужика… Хотя, как Лев Леонидович вспомнил, самая младшая из его внучек, Виолетта, как раз на таких слащавых мальчишек и засматривалась… У Трубецкого, который в армии провел больше четверти века, было другое мнение о необходимых мужских качествах, и внешность в них точно не входила, по крайней мере, именно такая…

- Посол Британской Империи, личный поверенный Императора Авалона, виконт Грегори Август Белейн! – Парень практически надрывался, стараясь перекричать бушующий ветер, и его произношение русского было просто с диким акцентом, отчего его голос звучал еще смешнее…

На трап шагнул высокий мужчина в легком черном пальто и шляпе – цилиндре.

Под плащом был черный костюм тройка с такой же черной рубашкой и широким черным галстуком. Лишь две вещи в одежде посла отличались цветом – заколка для галстука и цепочка для карманных часов, выполненные из белого золота. Сам мужчина привлекал внимание. Высокий, явно за два метра, с широкими плечами, но не наделенный большой мышечной массой, посол обладал очень бледной кожей, словно он очень редко бывал на солнце. При этом левый глаз виконта был закрыт широкой черной повязкой, что опускалась до скулы, из -под которой выглядывали два кончика рубиновых шрамов…

Второй серый глаз посла быстро обежал встречающую делегацию, и, найдя Льва Леонидовича, он с белоснежной улыбкой на бледных губах начал спускаться навстречу личному помощнику императора.