На благо чужого мира. Патрульный

Люди Окриза под его командованием пошли за телегами, трупы решили сгрузить, вывести за село и спалить. Десяток Гурнса тем временем стаскивал к одной из улочек все трупы на площади. Одного из них, Бьорка, ир Гролс потом послал в старый лагерь, который остался в лесу. Там оставался один из патрульных в ожидании дэума Куно и его помощника. Бьорк должен передать команду убрать лагерь и выдвигаться в сторону опустошенной деревни, в которую они попали. Судя по карте, она называлась Ухабица.

Даже для Кальвадоса нашлось занятие ему по силам — в одном из домов нашли краску, в другом набрали плотной холстины, из которой шили мешки.

И теперь Кальвадос на кусках ткани рисовал знак эпидемии, чтоб люди по возможности держались подальше от Ухабицы. Саму деревушку ир Гролс не захотел палить, тем более оставалось столько добра и скотины, пусть потом другие разбираются, главное сейчас убрать основное свидетельство этого ужасного события.

Закончив, Кальвадос взгромоздился на Фурма, ему подали рисунки на длинных палках, и он поехал расставлять их вокруг деревушки.

С ним поехал сам ир Гролс, чтоб быстрее справиться.

Когда патрульные закончили со всеми необходимыми делами и все стояли возле сложенных и облитых маслом тел, со стороны леса появились два огонька — это возвращался Бьорк с остальными. Окриз уже направился подносить факел к телам, но ир Гролс его остановил. Если сюда едет дэум Куно, так пусть души уйдут с молитвой.

— Бьорк, ты оставил послание там? — спросил глава отдела, как только всадники приблизились.

Увидев чистых, он вздохнул с облегчением.

— Да ир Гролс. Вот только не уверен, что это поможет, вы сами говорили, что неизвестно когда чистильщики явятся.

— Сам знаю. Но если прибудут, по крайней мере узнают, где нас искать.

Бьорк в ответ лишь кивнул и вместе с вернувшимся со стоянки Морнсом присоединился к остальным. Когда последний спешился, Кальвадос заметил, что у патрульного слегка подрагивают руки, а лицо немного бледноватое.

То ли Бьорк ему успел рассказать, чем отряд тут занимался, то ли Морнсу тяжело далось одному сидеть в лагере с осознанием близости чертовщины.

— ...и пусть ваш внутренний свет воссоединится с Единым в лучшей жизни, — закончил молитву старик. Ургон осенил знаком Света тела и Окриз поднес факел.

Уезжали они с тяжелыми сердцами, а ир Гролс про себя молился о том, чтоб не пришлось так же поступить и с жителями следующей деревни — след вел к Хомуткам.