На благо чужого мира. Патрульный

— Вовремя ты парень, а мы уж думали, что пора тебя вытягивать из объятий твоей дамы, — ухмыльнувшись, сказал Роберто, как только молодой человек подошел к Сидусу.

Колодец практически разобрали: груда камней, ведро с цепью, барабан и столбы, на которых он крепился, лежали неподалеку на земле. Все это свалили таким образом, чтоб обломки представляли из себя хоть какое-то укрытие. Свет факелов и множества ламп отражался в кристалле Сидуса. За счет того, что он был больше, чем в Хомутках и чистильщики запаслись достаточным количеством фонарей, света стало предостаточно.

Подойдя к чистильщикам, Кальвадос отметил про себя, что не хватает Сэмила Хоксгара и, подняв голову вверх, оглядел крыши. Так и есть — на той, что повыше виднелся один из арбалетов, а подле него силуэт человека, где-то еще на одной крыше должен располагаться второй стрелок.

— Что теперь? — поинтересовался он у ир Алессоро.

— Ждать и следить в оба. Надеюсь, мы не ошиблись и все случится здесь, а не в Ерниках, — англичанин озабоченно нахмурил лоб.

Патрульные окончательно разобрали колодец и сели передохнуть. Храмовники тут же приступили к освящению воды. Под спокойные, монотонные звуки молитв Кальвадоса потянуло в сон. Чтоб не отключиться прямо на площади он принялся еще раз перебирать и проверять свои оружие и снаряжение, посматривая по сторонам.

Два заряженных тяжелых пистолета — один стандартной свинцовой пулей, другой крупным округлым куском фламмы, почти два десятка скрученных патронов к ним, часть из них с кристаллами, пороховница, длинный узкий кинжал-дага в ножнах на поясе за спиной, за голенищем сапога еще один кинжал, только теперь уже короткий и широкий.

Ну и конечно оружие, на которое он возлагал основные надежды — с десяток склянок с освещенной и горючей водой. Свою шпагу он оставил в гостинице, понимая, что с демоном фехтовать бесполезно, а во время бега она будет только мешать. По тем же причинам он не стал брать, как большинство патрульных, ни короткий фальчион, ни топорик или шестопер.

Перебрав в уме свой скромный арсенал, он в который раз пожалел, что не может нагрузиться стреляюще-взрывающимся железом как английские чистильщики, вот уж кто действительно обладал впечатляющей огневой мощью!

Чего стоил один только Роберто с его бомбардой, фитильными гранатами и четырьмя пистолями.