Бездомный в другом мире

Как ни вглядывался, напрягая зрение, отчего перед глазами плыли круги, как ни силился зрительно сцепить, расположенные в разных концах камеры камни, я неизменно терпел неудачу. Жар только усиливался.

Я честно пытался опустошить сознание, сделав его кристально чистым. Но не получалось. В голову лезли разные мысли, мое внимание скакало от одного объекта к другому: падающим каплям, жесткостью пола, запаха матраса.

Провалившись в сон, я видел себя в камере и совсем терялся во времени и пространстве, потому что не мог понять, сплю я или бодрствую.

***

Вскрикнув, я проснулся. Холодный пот стекал с разгоряченного лба. Горло раздирало кашлем. Стало трудно дышать.

– Задержи дыхание, а потом выдохни, – посоветовал старик.

Мне не сразу удалось остановить першение в горле. Оно так глубоко засело, что при каждом вздохе напоминало о себе. Сплюнув мокроту, я слабо выругался.

– Вы меня заразили! – бросил ему.

Старик сухо рассмеялся. Послышались шаги. Так ходят по кругу, разминая затекшие конечности.

– Большого старания не нужно, чтобы заболеть в сырой темнице. Ничего, привыкнешь. Заключенные ко всему привыкают.

Привыкать совсем не хотелось. Я громко позвал стражу и тотчас почувствовал боль в горле. Никто не отозвался.

– Даже не пытайся, они не придут. Береги силы, – уверил меня старик.

– А если я тут вообще умру? Должны же о нас позаботиться!

– Если так, то узнают об этом нескоро. Да и смерть не худшее, что может с тобой случиться. Тем более в тюрьме, – ответил он после раздумий.

– Вы о чем вообще? – спросил я, поворачиваясь к стене, имитируя зрительный контакт.

– О войне. Говорят, раньше просто казнили, что было верхом щедрости. Однако, чем дольше шла война, тем чаще заключенных отправляли сражаться. За свободу, – речь старика изредка прерывалась кашлем, но после нескольких вздохов, он продолжал, – впрочем, свободы они не видели. Просто не доживали. Так и помирали, иногда целыми отрядами. На их место тотчас заступали другие. И так без конца.

По озябшей коже пробежали мурашки. Что ни говори, а здесь всяко безопаснее, чем за городскими стенами. Под защитой стражи мне точно не следовало беспокоиться о тварях. Проблемы были другого характера. Тут я скорее помру с голоду, чем стану чьим-то ужином.

– А почему они нападают? – спросил я.

Надо использовать любую возможность для добычи информации.