Церемониймейстер холокоста

В проеме бойницы возникло аморфное, лишенное каких-либо определенных черт, творение. Оно раскрыло щель в центре головы и нанесло хлесткий удар гибким длинным языком.

Сбитый с ног, он кубарем откатился на несколько шагов назад. Но его место тут же поспешил занять другой защитник, в зеркальном плаще поверх симметричных доспехов. Точным рассчитанным ударом он отсек втягивавшийся язык, лезвие выбило сноп искр из камня, когда вторым ударом развалилась надвое голова твари. Та лишь присела, а затем начала проворно выползать на стену.

Смутившись, страж невольно отступил на шаг, а потом, зарычав, подпрыгнул и разрубил всю тварь целиком. Столкнув корчившиеся половинки вниз, страж обернулся, и Ксор узнал его.

Когда всем вещам давали имена, некоторые получили сразу по два. То были стражи. С момента создания страж носил имя Генеш.

Страж махнул хвостом, так что с обоюдоострого лезвия на его конце разлетелись остатки вражеской плоти.

– Послушай, что я придумал, – невозмутимо сказал Генеш, помогая Ксору подняться.

– Что это? – спросил, выслушав, изумленно Ксор. – Я никогда раньше не слышал ничего подобного!

– Я назову это поэзией. Строфы, ласкательные для слуха, легко запоминающиеся и созвучные меж собой, – и Генеш отвернулся, чтобы встретить нового противника.

Ксор оглядел свои природные доспехи. В их серебристых структурах была запечатлена сама гармония и золотые пропорции Замка, но поврежденная ударом грудная пластина вносила диссонанс, уже сейчас Ксор ощущал, как фальшивят, пробегая через поврежденный участок, исходящие от недр Замка флюиды.

Энергия наполняла все его тело, заставляя вибрировать каждый мускул, и через загнутые рога устремлялась, ввысь сливаясь с пылающим небесным котлом. Алое зарево разгоняло тьму, несло свет сознания новорожденному миру.

Меж тем на стену спикировал крылан, неуклюже растопырив еще неокрепшие крылья, не удержав равновесия, сверзился вниз. Один из стражей неподалеку вдруг зашатался, словно опьяненный свежим соком непу и упал.

Ксор поспешил заступить на пост и успел отразить атаку клювоголового гиганта. С распоротой когтями грудью тот рухнул, увлекая карабкающихся следом.

Ксор воспользовался паузой, чтобы склониться над упавшим, который продолжал лежать без движения, уставившись широко раскрытыми глазами в стремительно вращающееся небо. Но страж, казалось, не слышал окликающего его голоса, и не реагировал на прикосновения.