Каникулы бога Рандома - 2

— Скажем так: вполне фигурненько, — и я указал на крохотную повязку вокруг груди, из которой буквально вываливались зелёные мячики, размером чуть меньше арбузов.

— Да ты чё?! — воскликнула Силикона, и её глаза вновь оказались на мокром месте. — У них же вообще никаких достижений науки и техники нет! — она действительно не поняла шутки. — Ни эпиляции, ни депиляции, ни гель-лака, брови не выщипать — не положено, — она указала себе на лицо, и да, бровь у неё была одна — широкая и густая. — Виниров нет, — продолжала она, указав, на торчащие клыки.

— Про то, чтобы в отдельных местах красоту навести, так я вообще молчу. Ходи с этой метёлкой, хоть она и мешает передвигаться. Это ужасно, Ранди! Это просто ужасно! Как хорошо, что я повстречала тебя!

— Так, а чего ты обратно тогда не вернёшься? — спросил я, недоумевая, к чему все эти жалобы на невозможность себя изуродовать ещё сильнее. — Тебя же не сослали, как я понимаю.

— Не могу, — развела руками Силикона. — Я всё испробовала, и Дзена звала даже, всякое ему обещала.

Но никто меня не слышит. Назад вернуться не получается. Я думаю, там поломалось что-то на Олимпе. Тебя когда увидела, чуть от счастья не померла! Пришлось даже немного благодати потратить, чтобы этот мужлан Громорыг меня тебе пообещал. А потом тебе помогала, чтобы ты раньше времени не упал.

— Так это я только благодаря тебе выиграл? — я расхохотался, припоминая, что мне каждый раз после её прикосновений легче становилось. — А я-то думал, перепил орка!

— Нет, ну, когда твой самогон доставили, там уж — да, твоя победа, — проговорила Силикона и с надеждой уставилась мне в глаза.

— Слушай, а у тебя там есть это... — она явно стеснялась говорить.

— Что? — я качнул головой, одновременно пересаживая её рядом с собой. — У меня много, что есть.

— Место, где я бы смогла себя в порядок привести, — тихонько проговорила она мне на ухо. — Мне прям очень надо, а то всё чешется! А в зеркало вообще боюсь смотреть!

— Конечно, найду, — ответил я, хлопая её по зелёному плечу и представляя себе эпиллированную орчанку с выщипанными бровями.

— Для тебя, душа моя, всё, что угодно.

Хотя бы самому себе я мог признаться в том, что рад встретить кого-то с Олимпа. Хоть и при таких странных обстоятельствах. И неважно, как я отношусь к Силиконе, главное, она в данных обстоятельствах — своя.

— А потом... потом... после конца ссылки, сможешь узнать, что произошло и как мне вернуться? — она молитвенно сложила ладошки и уставилась на меня.