Лорд Системы 11

— Хуже того, вараны не жалеют даже тушканчиков, — добавляет старый вояка- Их не то что за ягодами теперь не выпустить, а вообще на болота пускать нельзя! Вараны за ними устраивают охоту, как за сладкой дичью!

Я недовольно опускаю брови.

— А вот это уже... живодёрство чистой воды, — заявляю я. — И за подобное преступление они ответят. Сполна.

***

— Это всё ещё кажется мне не лучшей идеей, — проворчала Пирра.

— Ой, да ладно тебе, Пирра! Когда ещё будет возможность побродить по полису и поглазеть на него? — усмехнулась Ирма.

— А это шанс подцепить себе красавца-фалангиста! — дополнила третьей Лазурь. — А то дома они при виде нас сразу по стойке «смирно» вытягиваются.

Неудивительно, кстати, ведь статус элитной валькирии соответствовал офицерскому в простой пехоте. Каждая из них могла командовать целым отрядом фалангистов. Но вовсе не всегда им этого хотелось!

Вот поэтому, едва разместившись в новом месте, девушки выбрались на прогулку, да ещё и в гражданской одежде!

Лазурь обладала длинными блондинистыми локонами, которые на свету практически казались белоснежными.

Юная валькирия относительно недавно влилась в ряды гвардии Лорда Шурика. Всё же, кто бы что ни говорил, а потери бывают и в самой элите Спарты.

— Вынуждена тебя разочаровать, подруга, сердечко нашей рыжей уже занято! — обречённо вздохнула Ирма, облокотившись на Лазурь.

Последняя так и вовсе запыхтела, едва удерживая Ирму в своих руках.

Очередное дурачество, и только. Но зато какое искусное!

— Ой, да идите вы! Балаболки! — прыснула Пирра, сделав подножку Лазури и едва не уронив двух подружек.

Те ловко увернулись и устояли на ногах, но бросать многозначительные взгляды на Пирру не перестали.

Пирра вздохнула.

Ничего не поделать.

От неё, видать, так просто сегодня не отстанут.

— Ладно, идём, — проворчала она. А Ирма и Лазурь дали друг другу пять.

Сам Краснодар выглядел совсем не так, как она его запомнила. Больше не было узких улочек и хаотичных переулков.

Майор изрядно постарался, устроив полноценную перепланировку и превратив полис в строгий и распланированный военный лагерь.

Точнее, так казалось со стороны. Прямые улицы, расположенные под девяносто градусов друг к другу. Вычищенные едва ли не до блеска. Стройные дома и общая утилитарность вышли на первый план.