Осквернители

Весьма преувеличенно, и преждевременно.

- Сам спрашиваю себя о том же, - хмыкнул он, когда Кручина ослабил давление. - Но выбора мне, знаешь ли, не предоставили.

- Да ты что? Неужели, с такой важной птицей не стали считаться?

Вместо ответа Ян Йозеф Стрижевич вцепился в колено Кручины и попытался сместить его с горла. Кручина позволил, после чего отодвинулся.

- Где мы? - выдавил Ян, поднимаясь не нетвёрдых ногах и потирая висок. Выглядел он помятым и на его ныне разбитом лице отражалось страдание.

- Откуда мне знать, - отмахнулся Кручина, вновь повернувшийся к алтарю.

- Похоже на церковь...

- Похоже на склад.

- На заброшенный склад.

- На очищенный склад. И готов поспорить, очищенный ради нас.

- Это почему же? - вздрогнул Ян.

- Подумай. Товар цену имеет, твоя голова - нет.

Молодой человек потёр ссаженный лоб, одёрнул робу и болезненно вздохнул.

- Обидно. Но не из уст того, кто находясь в том же самом положении, позволяет себе обесценивать именно мою голову. Если уж она такова, то твоя и подавно.

Но это не избавляет нас от вопроса о том, где мы находимся.

Кручина махнул на него рукой и двинулся к монолиту, осторожно ступая среди обломков. Ян Йозеф Стрижевич нехотя поплёлся за ним.

Монолит являл собой искусно отёсанную глыбу чёрного мрамора размером пять на десять локтей, доходившую Кручине до пояса, и водруженную на основание из таких же тёсанных плит размером поменьше. Неудивительно, что освобождая бывшую церковь от интерьера, рабочие не решились браться за такую махину.

Весу в ней было не меньше тысячи пудов. Поверх же неё, заколоченный толстыми железными гвоздями и обвязанный цепью, покоился большой, крепкий ящик, длинной в человеческий рост, больше всего походивший на гроб.

- Так-так, - встрепенулся Ян. - Это уже интересно.

- Замолчи.

Стараясь не прикасаться к ящику, Кручина приблизился и поднёс к нему ухо. Постояв так немного и не услышав изнутри ни единого звука, он решился и постучал в крышку пальцами.

- Чёрт бы побрал этих псов, - выдавил он, простукивая ящик со всех сторон. Но куда бы ни колотил, везде было глухо, будто ящик чем-то засыпали.

- Там кто-то есть? - вздрогнул Ян. Цепь, за которую он потянул, не поддалась.

- Не сомневайся. И, кажется мне, я знаю кто.

Кручина оторвался от ящика и посмотрел Яну в глаза. В призрачном свете, тот показался вернувшимся с кладбища упырём.

- Не говори мне, - помотал он головой и отдёрнул руки от саркофага.