Осквернители

Он взял Кручину за шиворот и с неожиданной для себя резкостью оттянул в сторону, под прикрытие ещё не развалившейся печки. Тот молчал и почти не метался, хотя какой в том был смысл, решительно не понимал. Насколько он смог рассудить, снаружи топтался весь Рожновский гарнизон, подкреплённый невесть откуда взявшимися на этой земле чернобронниками.

Солдаты окружили избу. Топот и звон неслись ото всюду. Кто-то кричал, раздавая приказы, кто-то на них отвечал. Слышалось ржание коней, брань и глухие удары. Где-то в дали звонил колокол, но голос его перекрывался всевозрастающим гомоном.

Кручина прислушался. Приказывал похоже чужак. Обстоятельство это несомненно его удивило, однако смысл рубленных фраз оставался неясен до тех пор, пока дверь не содрогнулась. Снаружи её угостили хорошим пинком, из-за чего наполовину обваленный потолок застонал, и вниз повалила труха. Пытаясь понять, как дальше быть, и в общем-то не желая быть похороненным заживо, Кручина отвалился от печки и пополз средь обломков. Взгляд его рыскал по сторонам, но отступать было некуда, как нечем и защититься. Меч забрал Долговязый, и похоже отдал его вместе с жизнью. Теперь звери ломятся по его шкуру, но чёрт бы их взял, если после того, что стряслось он дастся без боя. Бросив тщетные поиски, Кручина схватился за обгорелые грабли, и только после этого понял, что остался один. Колдун провалился сквозь землю, не оставив после себя ни следа.

От очередного удара дверь дрогнула и завалилась. Прыснули щепки, оглушительный треск раскатился над головой.

Послышался скрип, бормотание, стук топора, и знакомая брань, после чего, расшвыряв часть потолка, в окно забрались двое солдат. Сырые и злобные, с короткими мечами в руках, они встали в том месте, где чудом уцелела часть половиц. Прячась от них, Кручина прижался к стене, потянул грабли к себе, но те зацепились за что-то и не поддавались. Рискуя быть обнаруженным, пришлось дёрнуть сильней, но в тот же самый момент, один из солдат вышиб дверь изнутри, и гаркнул товарищам. Ждать себя не те заставили. Однако, вместо того, чтобы их сосчитать, Кручина глядел на скорчившегося рядом древнего мертвеца. Тот держал грабли уцелевшей рукой, и тихо открывал рот, пытаясь, похоже, что-то ему сообщить. Кручина вздрогнул и отпихнул черенок. Даже теперь столь жуткое зрелище захватило его. Наверняка несчастному было что рассказать, но время над ним потрудилось и всё, что выходило меж сморщенных губ, было бессмысленным, булькающим хрипом.