Матабар. II

Неловкая пауза изрядно затянулась и, когда Арди попытался что-то сказать, женщина, скорее всего, служанка, его опередила.

- Меня зовут Татьяна.

- Ард, - представился он.

Она все так же стояла к нему спиной, но их взгляды соприкасались через клятое зеркало.

- Ваша одежда. Я заберу в прачечную.

- Но у меня нет другой.

- Хозяйка позаботилась об этом заранее, - тут же добавила служанка, после чего повернулась к нему лицом. - Когда закончите, позвоните в колокольчик, - она оставила на столике рядом с раковиной простой жестяной колокольчик на длинной деревянной ножке.

- Будничный?

- Хозяйка позаботилась, чтобы у вас был повседневный наряд и наряд выходного дня для торжества. Так что на этот счет вы можете быть абсолютно спокойны.

Ардан хотел было добавить, что абсолютно спокоен он будет, когда перестанет щеголять наготой в обществе госпожи, но сдержал язык за зубами. Неловко, в равной степени, было им обоим, так что ни к чему обострять.

- Могу ли я…

- Что? - спросила она.

Ардан, придерживая узел на полотенце, махнул свободной рукой в сторону ванны.

- Ах да, - спохватилась Татьяна и, качнув чепчиком, прошмыгнула ему за спину. - Не забудьте позвонить в колокольчик! - выкрикнула она, закрывая за собой двери.

Когда юноша остался наедине с собой и зеркалом, он облегченно выдохнул и, не без сожаления, расстался с необычным полотенцем. Оно было мягким и ворсистым, а не просто куском ткани, к которым он привык.

И, посмотрев вниз, зарделся еще сильнее.

- О Спящие Духи, - прошептал Ардан, качая головой. - Что сказала бы матушка, если бы узнала, какие первые впечатления я произвожу на незнакомцев.

Не говоря уж о том, что дедушка задал бы ему ту еще взбучку за подобное хамство.

Попытавшись отогнать от себя дурацкие мысли, Ард забрался в ванну и позволил себе ненадолго раствориться в горячей воде, пропитанной ароматами полевых цветов.

Рядом с краном, на деревянной стойке, он обнаружил жесткую мочалку и кусок странного мыла. Не коричневого цвета, пахнущего животным жиром, а розоватого с ароматами все тех же цветов.

- Чудеса, - прошептал юноша, принявшись буквально стесывать с себя заскорузлые бляшки дорожной пыли, пожелтевшие и присохшие пятна пота, а местами и просто грязь.

Все прелести длинного путешествия, где не было времени, чтобы освежиться, буквально на лицо.