Из рода Хранителей. Том I

Глупо было надеяться на то, что соучастники неудавшейся попытки убийства будут ждать меня в зале отдыха, покуривая кубинскую сигару и попивая водочку, но чем чёрт не шутит...

Скорее всего, два брата-акробата забились в самую глубокую нору, которую можно только найти на движущемся поезде и не отсвечивают. Явно прекрасно понимают, что теперь я с ними в замкнутом пространстве, а они со мной. И спасёт их только то, что доступа ко всем вагонам у меня нет, как, впрочем, и у них ко мне. Засранцы.

.. Живите и молитесь, чтобы наши дорожки больше никогда не пересеклись!..

В воздухе прозвучало три длинных продолжительных гудка. «Дальневосточный Экспресс» оповещал пассажиров о прибытии в пункт назначения великий город-крепость Хабаровск, который уже много веков стоит на защите восточных границ Российской империи.

Вокзалы, словно ворота, встречающие пассажиров изысканной и престижной атмосферой, поэтому все они больше похожи на произведения архитектурного искусства.

Хабаровский железнодорожный вокзал встречает гостей большим перроном с расписными колоннами, декоративными фонарями и волнистыми деревянными скамейками. На внешних стенах представлены орнаменты, скульптуры, рельефы, которые изображают культурные символы и семейные гербы самых богатых родов империи. Улыбнулся, увидев и наш фамильный герб.

Поезд прибыл ровно минута в минуту, несмотря на небольшой казус, произошедший по дороге. «Дальневосточный Экспресс» заехал на отдельный путь, куда есть доступ только знати.

Он отделён от всех остальных магическим барьером и дополнительной зоной охраны, и вёл сразу в здание вокзала.

Я вышел из поезда, взяв с собой тёплое пальто и шляпу. Всё-таки снаружи прохладно. Остальные вещи погрузят в транспорт, который доставит меня в гостиницу. Его заказали ещё в момент, когда я садился на поезд. Сервис по высшему разряду.

Покинув вагон, я пожал руку своему дворецкому Степану Тихомировичу, поблагодарил за его отношение и заботу и вышел на станцию.

Встретил меня просторный и внушительный зал с высокими потолками, большими люстрами и парадными лестницами.

Сложные фрески и мозаики известных мастеров своего дела украшали стены и потолки. На них были сцены путешествий, промышленности или национальной гордости. Находясь здесь, прям чувствуется запах богатства всеми фибрами души.

— Жизнь простолюдинов не такая яркая, как этот зал.