Борей

В этот момент атаковавшие Борея великаны поняли, от кого исходит главная угроза, и бросились на двух парней с тяжелым вооружением. Не все, но четверо из оставшихся шести. Один был занят боем с воеводой, а второму прилетела снайперская пуля в глаз, а через секунду еще одна — уже в другой. Слепой великан взревел раненым зверем и начал крутить свое копье вокруг себя.

— Вывел, — прозвучал в эфире голос Ньяла.

— Всё, парни, — выдохнул Борей, — дело сделано, можно и помирать.

Но помирать никто не собирался. Олег лупил по ногам великанов, не давая им сделать и шагу, откалывая от их ног кусочки льда, а Игорь бил с близкого расстояния из ракетницы прямо в центр груди.

Уже два великана валялись с раздробленными грудными клетками. Возможно, они были тяжело ранены, а не мертвы, кто знает их возможности, но для дела это был уже результат. Это не считая самого первого и слепого. На ногах осталось трое великанов, а людей — все еще пятеро.

Борей бросился в атаку на одного из великанов. Тот не ожидал такой наглости и позволил провести связку ударов командиру людей.

Но от волнения вместо удара лезвием по шее противника, воевода ударил плашмя по морде. И обомлел от полученного эффекта. Лицо великана от вибрации клинка пошло трещинами. Эвек взревел от боли, а Борей рефлекторно рубанул по морде уже клинком и в одно мгновение разнес голову противника на мелкие осколки.

— Командир, берегись! — крикнула Ольга и выстрелила в глаз приближающемуся к воеводе противнику.

Великан крикнул от боли в глазу и тут же получил по морде мечом плашмя, а потом и лезвием вдогонку.

В этот раз удар плашмя не был столь сильным и трещинами пошла только половина головы, какая и разлетелась после удара лезвием, но этого хватило, чтоб ледяной великан рухнул подкошенным на лед. С последним великаном разобрались горожане своим методом.

— Итить-колотить, — выпалил Борей, заканчивая свой танец с мечом и щитом и осматриваясь вокруг, — мы их сделали!

— Ура! — хором устало прокричали Игорь с Олегом.

— Мальчики, вы крутые! — передала по рации Ольга радостным тоном.

Ну и как обычно, в любой бочке с медом должна быть остужающая ложка дегтя.

— Я сильно извиняюсь, — прозвучал по радио голос Ньяла, — но если вы так будете сильно долго радоваться победе, то другие великаны не замедлят тут появиться и обратить вашу радость в наше общее горе.

Наступила секундная пауза.

— Согласен! — произнес Борей. — Праздновать будем потом, а сейчас ноги в руки и ходу подальше отсюда.