Тринадцатый III

— Я уж тем более.

Я мысленно выругался. В голове уже назрел план найти и пытать Александра, чтобы узнать наверняка. Только вот интуиция подсказывала, что все пути ведут в одно место...

— Раз уж мы с вами разобрались. Дайте мне поболтать с внуком напоследок, — попросила бабка.

— Почему напоследок? Мы можем периодически вас навещать.

— Ура! — обрадовался Макар и принялся танцевать в воздухе.

— Мало ли что может случиться в моём возрасте, — неуверенно ответила она.

Уточнять я не стал и выступил в роли переводчика с призрачного на человеческий.

Бабушка и сын не касались темы его смерти, словно эти обстоятельства были и без того хорошо известны старухе. Макар спрашивал о родителях и своих друзьях. Бабушка же первым делом узнала, где внук хранил свою заначку.

Они болтали целых три часа. У меня уже пересохло горло, а чая тут никто не предлагал. И только я хотел настоять на перерыве, как эти двое начали прощаться. Фух!

Макар попытался сделаться на миг материальным, чтобы обнять бабушку. Получилось частично.

Но пожилая женщина и этим была довольна. Впервые за всё время она улыбнулась.

Потом мы вместе сходили на кладбище, что располагалось на заднем дворе. Оно казалось бесконечным, хотя судя по карте оно тянулось до магической стены, окружающей город. Но теперь старушка молчала до тех пор, пока мы не остановились у одной могилки. Она ничем не выделялась среди прочих.

Бабушка Макара рывком выдрала из земли старый деревянный крест и наклонилась. На месте креста она откопала небольшую деревянную шкатулку.

Она отряхнула её от земли и протянула мне со словами:

— Он внутри.

Я открыл. Там был небольшой медальон с камнем посередине. Минерал был мне незнаком, он был похож на искусственно созданный.

— Что это за символы? — спросил я, имея ввиду руны на центральном камне.

— Это для сохранения души.

— Понятно, — ответил я, изучая странный артефакт.

— Алексей, сделайте старушке одолжение. Перепривяжите внука при мне. Хочу удостовериться, что всё пройдет успешно.

Я решил не отказывать в такой мелочи.

Достал кирпич и согласно инструкции Ивана Фёдоровича с помощью своей крови и нужных слов, перепривязал призрака к медальону.

— Волею своей и кровью, привязываю тебя Аристов Макар Вячеславович к иному предмету, что отныне станет твоим новым вместилищем, — проговорил я заученные слова.

Прокусанный палец продолжал кровоточить, но это была сущая мелочь по сравнению с остальными проблемами.

От кирпича отделился сгусток света и перекочевал в медальон.