Тваремор. Кодекс Альфы

— Боже, что я говорю, и кому...

— Я с удовольствием принимаю комплименты в свой адрес, — ухмыльнулся я.

— Потому что ты самовлюбленный нарцисс с большим...

— Да-да, продолжай! — осклабился я.

— Самомнением, а не то, что ты думал услышать.

— И это тоже при мне.

— Теперь в порядок себя приводить, я вся растрепанная... — запустила она пальцы в волосы.

— Дорогая, ты, как всегда, великолепна!

— Опять твой лживый умелый язык, — пожаловалась она. — Ладно, я помогу тебе. Но только я, и только тайно. На этих условиях. Договорились?

— Разве я могу отказать.

.. — начал было я.

— Хватит языком болтать, — прервала меня она. — И вообще, посиди в сторонке. У меня есть информация по Ивашкину и всем его темным и не очень делишкам.

— Поделишься? — кивнул я на компьютер.

— А кто сказал, что она у меня там? — Линда впрыгнула в туфли и подошла к большому сейфу. — Отвернись.

— Очень надо, — хмыкнул я на эту чисто номинальную просьбу. Прекрасно знает, что мне под силу вскрыть любой замок.

— Ладно, — она повращала ручку и открыла сейф.

— Вот тебе досье на него, что удалось собрать.

— Спасибо!

— Э, ты губенки-то не раскатывай, оригиналы я тебе не дам. Вон в углу копир, на нем свой экземпляр и делай.

— Ага, и еще раз спасибо!

— Сочтемся! — она подмигнула мне внезапно позеленевшими от желания глазами.

— Обязательно, — ухмыльнулся я самой обаятельной улыбкой из своего набора.

Глава 7

Устьевск, квартира-убежище Константинова

Я переводил взгляд с папки с компроматом на Ивашкина, лежащей передо мной на столе, на меч, стоящий в углу.

Что же определить приоритетной целью? И то, и то требовало скорейших решений. Так ничего и не решив, я собрался вызвать Лами. Все равно моя маленькая суккубочка хотела побывать в моей квартире в Устьевске, вот пусть и погостит.

Я потер Кольцо Призыва и произнес заклинание. Лами явилась в ту же секунду, причем я застал ее за трапезой — она что-то жевала.

— Ты перешла на человеческую пищу? — удивленно сказал я.

— Нет, просто решила побаловать свои сосочки, — прочавкала она.

— Вкусовые, а не те, что ты подумал, пошляк.

— Я ничего такого и не подумал, — осклабился я.

— Да знаю я тебя назубок. Уже три сотни лет, так что можешь мне репу не парить, — она облизнула свои пальчики.

— Фи, как некультурно! — поморщился я.

— Кулюторно-некулюторно, мне без разницы, — сказала она, и вытерла запачканные руки о лежащий банный халат.

— Эй, он вообще-то пятьсот рублей стоил! — возмутился я.

— Ничего страшного, еще купишь, — отмахнулась она.