Тваремор. Кодекс Альфы

Клыки в рабочее положение, красный огонек в глазах как индикатор их включения и — вперед!

Мы, высшие, живем в разных аспектах времени, оно нам и друг, и враг. Можно веками лежать в забвении, а можно... Можно и уходить на ускорение, недоступное обычному человеку.

Фигуры застыли, а я — нет. Быстро переместившись им за спины, я свернул первым троим грязные немытые шейки, как цыплятам. Бита, говоришь? Знаю, хорошая штука. Как знают и все остальные. Недаром в великой бейсбольной державе — Российской Империи — продано два миллиона бит и аж целых три мяча.

Любим мы в национальную разновидность бейсбола играть. Особенно ценится удар по черепу. Или еще один, наносящийся тычком снизу с непременным треском штанов противника сзади.

А теперь вернемся к незадачливой двоице, перекрывшей мне дорогу к отступлению с тыла. Удар пальцами в зенки одному, мах когтями по горлу второму. Этого хватит.

Я вернулся в нормальное время, и тут же тела осели на землю со стуком. Упали как стояли, только вот бейсболисту пришлось падать мордой вперед — бита мешала.

Хорошо лежат, даже перекладывать не буду. Только украшу шейку второго его же цепью, чтобы было по феншую.

Я пожал плечами и переступил через лежащее тело. Принюхался — не, это я пить не буду. Дешевые нарики сидели на аптеке, выпьешь такого и сам коньки можешь откинуть. А потом еще гепатит подцепишь... Нет, конечно, мне он не страшен, моя кровь его перебьет. Лучше уж донорскую, контейнер с ней дома лежит.

А тела незадачливых грабителей пусть местные убирают, или вон.

.. Я заметил между рельсами шевеление и писк — крысы уже повязывали переднички, готовясь отпраздновать мясное изобилие. Ну и ладно, зверюшек тоже кормить надо. Даже тех, что к братьям нашим меньшим отнести трудно — скорее, это их родня. По повадкам похоже.

Я, насвистывая «Гоп-стоп, мы подошли из-за угла», вышел из неудачливого для остальных проулка, быстрым шагом пошел прочь. А то опять привяжутся, что мне, валить всех, что ли? Пусть сами передохнут от спида и передоза в процессе своей неудачной жизни.

Глава 10

Петербург, поместье графа Канаверова

Фу-ух! Граф Валерий Иванович Канаверов подошел к бару, вынул початую бутылку «Шустовского» и налил себе полстакана благородного напитка. Дрожащей рукой опрокинул стакан в рот и со стуком поставил его на стол. Он растопырил ладонь и посмотрел на нее. Дрожат пальчики, ох, дрожат...

Еще бы не дрожали, после таких известий! От Астафьева, из Устьевска, южного форпоста Империи. Константинов выбрался из склепа.