Не грози императору!

Если с той стороны кто-то есть, то он пойдёт на прорыв. Любят они засады устраивать, – зашептал Темников. В его руке заалел набирающий силу огненный шар. – И лучше будет, если это просто твари, а не спарка менталов.

– Одна минута!

Повисло тяжёлое ожидание.

В этот момент в броневике ожила радиостанция. Голос вызывал все отряды города. Водитель принял какой-то отчёт и на глазах побледнел.

– Ваша Милость.

– Да что там ещё?

– С ЦОИ передали об аномальном фоне по всем разломам. Везде примерно так же, как у нас.

– Это всё?

– Ночные ведьмы, Ваша Милость.

Их больше не существует. Почти всё боевое крыло уничтожено. ЦОИ передают, что перекрывают все подступы к заливу. Теперь там небезопасно.

Твою ж мать! Машка!

Со стороны портального окна раздался статический треск и защитный артефакт на глазах рассыпался в прах.

По ушам ударил голос Наговицына.

– Прорыв!

Глава 24

В этот раз всё происходило совершенно иначе. Никакой разведки. Никакой осторожности. Портальное окно просто пошло рябью и одномоментно изрыгнуло целую свору тварей.

Благо, что во всю эту массу сразу же влетел шар сконцентрированного огня, разбив её на несколько очагов.

Я выпустил хлысты, отпрыгнул в сторону, чтобы ненароком не зацепить своих, и закружился в солнечном танце.

Три выбежавших на меня свиноподобных монстра, таких мне встречать ещё не доводилось, с разбегу влепились в гудящие энергетические сгустки и их сразу же отбросило назад, нарубив на десятки кусков поменьше. Я ощутил приятное покалывание от хлынувшей в меня магической энергии.

Ни с чем несравнимое чувство.

– Кому жаркого, господа?

– Ты бы так не радовался! Это всего лишь детишки! Мама ещё не вышла!

Я не сразу понял, о чём говорил Наговицын, но когда из кипящего разлома вынырнуло здоровенное клыкастое рыло, все сомнения отпали сами собой.

Мама была размером со среднего слона, но в отличие от последнего, не имела такой милой мордочки. Она передвигалась на коротких ногах с копытами, волоча за собой бугристое, покрытое язвами, пузо.

Широко посаженные глаза.

Пасть, с торчащими во все стороны клыками. Покрытый слизью пятак, размером с тазик. И отвратительный трупный запах.

Из развёрстой пасти внезапно вылетел длинный склизкий язык и обвился вокруг моей щиколотки.

Земля выбилась из-под ног и я завалился на спину. Несколько тварей поменьше сразу же бросились на меня, как коты на слетевшее со стола мясо.

Хлысты размашисто рассекли воздух, отрезая язык и кроша мелких тварей в фарш.

Раздался визг.