Не грози императору!

Не знаю, в какую сторону склонится разговор шестиглавой гидры во главе с дядей и круглого сироты, прямого наследника Грозина старшего.

Но я на все сто уверен, что Паша, чьё тело я занял, не зря уступил своё место.

Я добьюсь справедливости. Сделаю так, как и должно было случиться. По совести и закону.

Потому что это и моя семья тоже. Какими бы они не были.

Я коротко кивнул привратникам и те, взявшись за золотые ручки, потянули створки в стороны.

***

Зал совещаний «Аструма». 37-й этаж, Южная башня.

Тремя неделями ранее.

– Докладывай! – Николай Грозин закинул ноги на стол и, поглядывая поверх очков на собравшихся перед ним людей, принялся раскуривать сигару. Когда уголёк занялся, он плеснул в бокал водки, выпил и только после этого позволил себе откинуться на спинку кресла.

– За первый квартал объём капиталовложений снизился на двадцать шесть процентов. Цифр за второй ещё нет, но аналитики прогнозируют как минимум минус тридцать три к прошлому году, – сухим протокольным голосом отчиталась Анастасия Шуйская, единственный член Совета директоров едва достигший возраста двадцати трёх лет.

– Инвесторов не устраивает действующий управляющий! После смерти… вашего брата, рейтинг доверия опустился до рекордных коэффициентов и… Они хотят заключать сделки только с прямым наследником, а не с регентом-управляющим.

– Лучше бы он сдох, этот наследник, на свое совершеннолетие, сука, – Грозин в сердцах бросил бокал в настенный монитор и тот покрылся паутиной трещин.

– А вот не надо было вводить их в курс дела! Лошадка скачет быстрее, когда смотрит только прямо, – парировал старик в роскошном, но старомодном смокинге. Его, как самого старшего в этой команде, возмущало, что кто-то необдуманно слил информацию и теперь пытается уйти от ответственности.

– А ещё лучше, когда эта лошадка хочет жрать! И боится, что эту самую жрачку у неё отберут, если она не будет скакать с нужной скоростью, – добавил четвёртый участник разговора, невзрачный мужчина с блестящими тараканьими усами и огромной плешью.

– Заткнитесь, оба! Если мы не решим эту проблему, нам конец! Лишимся иностранных партнёров – лишимся всего! Знаете кого первым вызовет к себе император? – Грозин ткнул в кнопку селектора. – Викусик, Пётр Олегович не появлялся?

– Секундочку, Николай Вольдемарович….

Динамики зашипели.

– Нет. Но он миновал пост охраны. Наверное, скоро будет.