Маг имперской экспедиции. Том 2

Остальное, как оказалось, предназначалось Кирсновскому.

Вернувшись обратно на кухню, рыжая начала поить с ложечки парня. Он морщился, кряхтел, чавкал, но не отказывался от употребления.

Я хотел было уйти на помывку, но химеролог попросил немного подождать. Через пять минут гляделок он открыл окно, через которое заполз кроточервь с Хлебной улицы. Зверек подполз ко мне и протянул корявую лапу вверх.

- Пожми, - кивнул Кирсновский.

С опаской коснулся пальцами грязной скользкой ладони.

***

По ночному пустырю шагал человек, оставляя отметины в земле тростью. Поежившись от ночного холода, он оглянулся назад. Удостоверившись, что никто из пассажиров не последовал за ним на пустырь, пошел дальше. В отличие от тех господ праздничные туфли замарать о грязь этот человек с тростью не боялся. Он остановился около сидевшего на корточках парня с горящими синим цветом глазами.

- Что ты там рассматриваешь? – сказал хрипло Шатый и закашлялся.

- Интересная вещица, - задумчиво проговорил маг с горящими глазами.

- Не томи, Гоголев, - сказал едва поднимая слипающиеся от усталости веки барон.

- Посмотрите-ка сами.

Небольшой пистолет черного цвета лег на гладкие белоснежные перчатки. Барон посмотрел на оружие ровно секунду и, завернув в платок, убрал в карман.

- Ей-то какой прок помогать? – Спросил в пустоту Шатый.

- Кого вы имеете ввиду, Павел Александрович?

- Займись своими делами, а это оставь мне. Нужно поинтересоваться, в чем причина поддержки такими интереснейшими вещицами.

- Вы хотите разобраться с этим человеком? – Спросил Гоголев, поднимаясь и разминая затекшие ноги.

- Разве я когда-то обижал женщин? - С укором спросил Шатый.

- Вашему слову я охотно поверю.

- Ступай.

Барон пошел в сторону стоявших в отдалении карет, где вели вялую беседу несколько человек в праздничных фраках.

- Вы его боитесь? – Негромко окликнул Гоголев.

- Будет неприятно, если он отыщет в глубине своей души силу и простит наконец-то Любомирских.

Глава 17

Я отшатнулся подальше от мелкого кроточервя, успевшего измазать весь пол слизью и грязью.

Ночной пустырь исчез.