Маг имперской экспедиции. Том 2

Во время поездки колеса ужасно трещали на поворотах, заставляя водителя конного такси шепотом сыпать проклятиями. Только из-за того, что я сидел в непосредственной близости от него, в мой адрес ничего не прилетело, но зато дорожным службам, городской администрации, погоде, прохожим мальчишкам и даже давно умершим архитекторам-планировщикам города досталось несладко.

Чаща, южный район города, был заселен преимущественно рабочими и мелкими лавочниками. Каждый клочок земли был отдан под застройку, чтобы заселить все население города и не оставить никого обделенным.

Люди жили в плотно приставленных друг к другу домах из белого кирпича. Одиночных участков не встречалось вовсе.

Воздух здесь был каким-то более плотным, содержал в себе оттенки химикатов от нескольких ткацких предприятий и нескольких небольших фабрик.

В отличие от стоящих на холме Центра и Покрова этот район шел по нисходящей, из-за чего окраины были заметно ниже остальной городской застройки.

Чем дальше мы ехали, тем менее реалистичной казалась купленная на днях карта, в которой Чаща представлена в заметно урезанном варианте.

Имение Борисовых находилось на небольшом отдалении от городской застройки и было обнесено высоким каменным забором, который с западной и восточной части напоминал небольшую крепостную стену. Выкрашенные в золотистый цвет ворота из стальных прутьев открыли как можно шире, когда увидели наш груз.

Нам долго указывали направление, куда нужно ехать.

Сперва мне показалось это странным, но чем дольше слушал, тем сильнее это обнесенное забором пространство напоминало настоящий лес.

По обеим сторонам вымощенной серым камнем дорожки стояли высокие обросшие густой зеленью деревянные изгороди. Напрямик можно было попасть только в особняк, но, как оказалось, нам нужна была непосредственно небольшой домашний театр где-то на заднем дворике.

После десяти минут бесцельных блужданий по лабиринту нам повстречались взлохмаченная горничная и парень в синей лакейской ливрее.

Девушка сильно раскраснелась и стремительно скрылась в лабиринте, а слуга с хохотом согласился довести нас до нужного места.

Театр внутри имения был на открытом воздухе, если не считать небольших деревянных навесов над зрительным рядом. Сцена была просторной, на беглый взгляд даже казалась больше той, что довелось мне видеть в городе.