Клинок Императора. Книга I

Буро-красный панцирь бобовой формы и угловатая морда с склизкими и волосатыми хелицерами, педипальпами, прочими отвратными природными инструментами.

Воняло от него влажной тухлятиной – аж мутить начинало как сильно.

В основании головы жука горел серым – маг-камень пепельник.

Между всеми головными инструментами жирный алый хобот, по которому что-то комьями перегонялось. Куда он тянулся? Правильно, ко мне, и утопал в ране на руке. То есть жук меня ел сейчас.

– Тори, какого некра?

– Смешной, – оправдывался телохранитель, растирая лицо.

– Какой жопой он смешной?

Признаться, я чуть запаниковал.

– Ну, милый тогда.

– Тори, я не в том положении чтобы в альтруисты заделываться, – затараторил я. – Ты ж поди не все от меня отскрёб во Дворце. А сейчас остатки местному жучью скармливаешь, а если он наестся и десятку папок и мамок позовёт? Или ты планировал его накормить за мой счёт, а только потом грохнуть? И в чём смысл?

Тори глубоко задумался.

Потом изо всех сил зажмурился, хлопнул себя ладонью по лицу и, кивнув, заявил:

– Ты прав. Прости.

Тори протянул руку, и способность шипа насквозь пробила жуку грудину.

Звук, с которым жизнь ушла из создания бездны, очень уж походил на детский крик. По спине холодок пробежал.

Тори перескочил через мое тело, вырвал хобот. Брызнула кровь. Я поморщился – потом телохранитель вбил руку в голову насекомого. Корёжа хелицеры, вытащил пепельник и закинул его в подсумок.

Почувствовал к детенышу жалость, а затем опомнился. Жуки, кровососы, клещи, они – разумные людоеды. Жалости тут явно не место.

– Просто первый раз таких вижу, – оправдывался он. – Рассудок дал осечку.

Мне его оправдания без надобности: я знал, что он чудовищно устал, но куда тут деваться? Долг сжигал заживо – это его основное свойство. У них свой долг; у меня свой. Если не перед Домом, то хотя бы перед мертвецами.

Прошло буквально десять секунд и тело жучьего детеныша со всех сторон облепили рубиновые овалы щитов.

Более того, вокруг разломанной головы концентрация зеленых точек увеличилась, они чуть двигались – собирались в небольшой точечный вихрь.

Так я и смотрел на всё это, много думал о философии – казалось даже слышал тихий жалобный шёпот из воронки некро-сора. Наверное, устал. А потом будто в подтверждение последней мысли опять отключился.

***

От жара периодически просыпался.