Клинок Императора. Книга I

Бракованный товар: либо неинициативный, либо трусливый, либо еще с каким-то дефектом. Если ты не готов к соревнованиям, соперничеству, как ты собрался во тьме выходить против мародёров, копьеносцев и чудовищ? Как будешь прикрывать смельчаков-пехотинцев, идущих в бой без алтарей? Ах, не будешь… Такой вот формат обучения. Как быстро ты освоишь материал и насколько в целом хорош. Нет резона держать талантливого претендента, который очевидно талантлив, активен и не труслив все пять лет в заведении.

Год, два, три – и иди дальше, вперед, Империю защищать. В мирмидонцы, к примеру, вообще нельзя попасть, если ты околачивался в Яме больше трех лет. Лео вот закончил обучение за два года, также как Астра.

Был еще момент, порожденный социальным неравенством: не все со старта обучения имели свой алтарь; многие получали его в середине или к концу первого года, когда заключали контракты с Домами, Ямой или Империей и соответственно их первый год прогорал, ограничиваясь только теорией, тактикой, стрельбой и физухой, но это совсем другая история.

Я, конечно же, не про них говорил, а про тех, кто готовым скитом в Яму врывался.

На следующей фотокарточке Астра уже в бездне с командой.

Четыре мрачных скитальца в тяжелых штурмовых доспехах. Удивительно, но камера запечатлела изумрудные точки некро-сора на фоне.

Астра держала Слонобой, уперев его в землю как посох; устало опиралась на него. Крупнокалиберная винтовка здоровенная.

Ствол торчал выше ее макушки сантиметров на десять.

Один из команды, судя по возрасту и важным усам – предположу, командир – выставлял вперед отсеченную белесую голову пса-варвара.

Все понятно. Трата времени.

– Узнал, что хотел? – с иронией спросил Принц.

– Заткнись.

Захлопнул альбом и кинул его к ружью.

***

Сидел какое-то время, потом ждать стало совсем невыносимо. Додумался радио включить. Долго слушал.

В ночь новостных программ почти и не ставили.

А зачем? Какой здоровый имперец слушал радио ночью? Так и кошмары задушить могли.

Зацепил два повтора по пять минут и еще одну аналитическую программу. В остальное время по ушам били непрекращающиеся вереницы паскудных стихов от утонченных натур, которые так глубоко чувствовали мир и любую жизнь – от них блевать хотелось. Еще были всякие песни, но от их спокойствия наоборот в сон клонило.