Небеса Умоются Кровью 4. Путь Восходящего Солнца

Однако, чем дальше, тем сильнее я чувствую какое-то смутное беспокойство. Слишком уж всё тихо и спокойно. Неужели охрана ничего не заподозрила?

И словно в ответ на мои мысли, за дверью пагоды вдруг раздаются шаги и голоса. Мы с Каору переглядываемся.

Кто-то идёт сюда.

Глава 8

— Всевышний Аранг, — долетает до нас грохочущий голос.

Я жестами показываю Каору вести себя тихо и скрыть ауру, на что она согласно кивает. Миг, и мы прячемся за стеллажами, затаив дыхание. Наша Ки, и без того приглушённая, стихает полностью, словно здесь никого нет.

Осторожно скрываясь, наблюдаем и пытаемся понять, кто пожаловал в архив. Видно плохо, ракурс неудобный — больше силуэт, чем чёткая картина. Мимо торопливо проходит полный жизни старец, у которого одежда трещит от распирающих мышц. Однако, миновав несколько пролётов между стеллажами, он замирает. Я ещё ни разу его не встречал, но, судя по мощной ауре, это кто-то из верхушки секты.

Указываю в сторону незнакомца, потом вопросительно киваю Каору, но она качает головой.

Стоит ему остановиться возле лампады, как получается получше его рассмотреть. Широкое лицо мастера покрывают морщины, массивный подбородок играет желваками. В его глазах проскальзывают страх и тревога.

Мы с Каору уже и вовсе не дышим.

Мастер же что-то бормочет себе под нос, озирается по сторонам, а затем резко меняет направление и уходит в дальний край архивов. Я командую поторапливаться, и мы бесшумно спешим вслед за ним.

Торопливо передвигая лестницу к стеллажу, мастер поднимается по ней до самого верхнего яруса. Узкая полка едва заметна. Там хранятся не книги, а плоские ящики. Подёргав несколько за ручки, словно выбирая нужный, он сбрасывает один на плечо и быстро спускается. Раскрыв ёмкость на столе, начинает рыться в старых бумагах.

Старик ругается себе под нос без остановки.

— Аранг всемогущий… — неразборчивое бормотание. — Где эта сдерживающая техника?..

Свитки ворохом разлетаются по столу. На них видны сломанные кругляшки сургучных печатей. Не обнаружив искомого, он бросается к лестнице и, схватив сразу два ящика, словно акробат, спускается вниз. Вскрыв их, продолжает копаться в старинных манускриптах.

— Время утекает… — бормочет он дрожащими губами.