Небеса Умоются Кровью 4. Путь Восходящего Солнца

Моё последнее сражение и совместные тренировки позволили завоевать небольшую лояльность у некоторых основных учеников. Так что даже во время приёма пищи мне удаётся немного пообщаться с ними.

Я действую осторожно, задавая вопросы максимально размыто и обтекаемо. Однако их ответы лишь подтверждают, что им либо промыли мозги, либо окончательно те вытащили. В словах звучат один фанатизм и преданность секте. Любые мои предположения отвергаются. С Каору, как с девушкой, охотнее идут на контакт, но результаты примерно те же.

Нулевые.

Никто не слышал про демонов, кроме тех слухов, что и так ходят в народе. Имперская гвардия воюет с ними на западе. «Да и вообще, — отвечает мне один ученик, — как можно подумать такое! Секта Восходящего Солнца предана Императору и ни за что не стала бы хранить подобные секреты».

Однако мы не теряем надежды и продолжаем расспросы. В обеденном зале слишком мало возможностей. Постоянный пристальный надзор мастеров мешает нормальному диалогу.

Через несколько дней ограничительные меры ослабляют, и мы уже можем свободнее передвигаться по территории секты.

Для нас становится доступной вся наша пагода. К остальной территории доступ до сих пор закрыт. В рядах новичков растёт недовольство. Больше всего бунтуют знатные отпрыски, отправившиеся в секту не для того, чтобы просиживать штаны.

Основным местом для сбора слухов становится прилегающий парк. Там есть несколько площадок, где ученики тренируются самостоятельно. Хоть мы здесь пока все в статусе новичков, есть и те, кто гораздо дольше находится во внешних учениках.

Настолько долго, что успели заслужить наказание солнечным кольцом.

После одной из тренировок, на которых адепты отрабатывают техники манипуляции Ки, я замечаю, как небольшая группа отводит в заросли парня. Узнаю в нём Ёнэ — того бедолагу, которого спас в первый день. Жестом зову напарницу, и мы следуем за ними.

— Ничтожество! — кричит худощавый бледный адепт, нанося удары ногой сидящему на земле ученику. — Я тебе говорил, что ты позоришь нас!

Он замахивается кулаком, от чего побитый парень вжимается в землю.

— Простите, братья! Я стараюсь как могу, но…

В живот ему прилетает сильный пинок, заставляющий захрипеть.

— Как ты смеешь называть нас братьями, отребье! — сразу несколько человек принимаются его избивать. — Именно из-за тебя никого из нас так и не перевели в основные ученики!

— Я смотрю, вы плохо усвоили урок, — резко выхожу из кустов на полянку.

Расправа останавливается.