Гиалар-1. Путь Трёх

В правой у здоровяка кирка. Орк лёгким пинком заставляет крысу идти вперёд, и мы отправляемся за ним.

— Кто это? — тихо спрашиваю у Руама.

— Пленник. Один из напавших на нас. Остальные мертвы. Их было девять. Шестерых ты уделала, двоих — Угмурк.

— Вы обыскали тела?

— Да, обыскали. Ничего примечательного, кроме нескольких амулетов, у них не нашлось.

— Покажи, — говорю я, стараясь внешне остаться равнодушной.

Руам отвязывает от пояса мешочек, сделанный из серой ткани — подобной той, из которой сшит балахон уродца.

Затем вытряхивает на ладонь восемь амулетов: белые, отполированные до блеска клыки какого-то зверя, каждый обмотан кожаным шнурком. Беру один, и в удивлении поднимаю брови — от моего напускного равнодушия ничего не остаётся.

— Твоё чутьё подсказало, что это ценные вещи?

Руам кивает.

— Да. Почувствовал, что стоит взять их в качестве трофеев. А ты что скажешь?

— С этими амулетами я некоторое время смогу использовать магию, не расходуя собственных сил.

— И как долго? — Руам тут же ухватывает суть, его лицо серьёзно, по глазам вижу, что он уже рассчитывает возможный бой и учитывает амулеты — в качестве неприятных сюрпризов врагам.

— Они наполовину опустошены. Каждый амулет на два заклинания хватит.

— На шестнадцать раз, — Руам кивает. — Мрых! Стоять!

Пленник замирает и трусовато разворачивается к подошедшему Руаму.

— Я это позаимствую, — говорит он и срывает с шеи Мрыха такой же амулет. — Надеюсь, ты не против?

Противная тварь молча мотает головой, однако по поникшим плечам и по ссутулившейся фигуре видно — не хотел крыс расставаться с амулетом.

Угмурк

Руам хороший боец… и коварный. Несмотря на свою хлипкость, он опасен. Очень опасен. Да, я уже немного доверяю ему — по нему видно, что он знает, что делает. Но что-то внутри меня предупреждает, что с ним стоит держать клыки наготове!

Пока мы шли, Руам расспрашивал уродца об этом мире, но я не слушал их — мне всё это не интересно. Но стоило Мрыху довести нас до своего схрона — неприметной пещеры, вход которой был замаскирован густым кустарником, как Руам, пропустивший пленника на два шага вперёд, тут же подскочил к крысёнышу и проткнул его лапой-клинком, затем ударом снёс тому голову.

Башка Мрыха откатилась прямо мне под ноги. Крыс смотрел на меня умирающим, постепенно стекленеющим взглядом. Взглядом, в котором застыл страх вперемешку с разочарованием и удивлением. Вот тут-то меня и накрыло! Изнутри поднялась неописуемая волна беспричинного гнева.