Последний архимаг

Ради этого даже орден создал, разве нет?

- Ты права, - подтвердил я, почувствовав, что в этом наши стремления с настоящим Лао совпадают.

- А теперь новая ступенька для тебя.

- Думаешь, я сейчас жду задушевных речей? – укоризненно взглянул на нее. Сейчас я был полностью собран и настроен на дело. Все же мы сильно рисковали тем, что потащились в самое пекло.

- Думаю, всем нам нужно иногда душевно поговорить.

Впереди послышался лай собак. Мы резко остановились и прижались ближе к земле.

Возможно, там был отряд красных наместников, а, возможно, то были собаки, потерявшие хозяев. Проверять это в лоб было слишком рискованно. Надо было их обогнуть.

***

В поместье семейства Ши с самого утра творился хаос. Одни спешно собирали вещи, думая как им спасаться, вторые пытались их успокоиться и немного подумать, третьи хладнокровно занимались собственными делами.

Юн, старший сын Пао и новый глава клана, относился к третьему типу людей. Он спокойно сидел за рабочим столом, перебирая бумажки.

Кажется, его совершенно не волновало, что половина города полыхало, а отряд красных наместников могла ворваться в любой момент в их поместье.

- Вы так спокойны! – раздался в кабинете голос графа Ренского.

Юн оторвался от бумаг и поглядел на высокого, худощавого шестидесятилетнего Теро в черном халате с тростью, стоявшего у его стола.

- Вы тоже, мой дорогой, не сильно встревожены, раз расхаживаете по поместью в халате.

- Всегда мечтал умереть в домашней обстановке, - причем из его тона не было понятно шутил он или говорил серьезно.

Граф сделал пару шагов назад и сел на большое кресло напротив стола.

- Вас волнует, как мы будет отбивать город?

- Нет, меня это уже давно не волнует. Я пережил всех своих сыновей и жену, так что меня смерть давно не пугает.

- Тогда зачем вы здесь?

- Я хотел поинтересоваться, в какой момент вы решили предать отца?

- Чего? – удивленно раскрыл глаза Юн и следом рассмеялся.

– Вы, верно, сошли с ума. К тому же я ваш герцог и попрошу обращаться соответствующе.

- Хорошо, ваше высочество. А теперь прошу вас ответить на мой вопрос: когда вы перешли грань приличий и решились отравить собственного отца?

- Что за вздор? – рассмеялся глава семьи. – Верно говорят о вас, что от старости ссохлись мозги.

- Вы грубы, ваше высочество, но в вашем возрасте это простительно, - продолжал невозмутимо говорить граф.