Наномашины, внучок! Том 2

— Меня чуть эти твари не сожлали! Некого было бы вошпитывать! Я тебя залежу, ыа-а-а!

Она выставила руку и начала держать меня за лоб, и поэтому я не мог до неё дотянуться, отчего махал ножом по воздуху.

— А, вендиго, - поняла она, - Они безобидные, если их подкармливать и напоминать, что с тобой лучше не воевать.

— Как я им чё напомню?

— Сам разберись, я тебе не мамочка попу подтирать, - ехидно заулыбалась она.

Понимая, что урона я не наношу, а только трачу силы, я остановился. Чёрт! Чё она так лыбится?! Издевается надо мной!

Я слишком маленький для такой огромной ярости, меня сейчас разорвёт!

Чтобы успокоиться, я выдохнул и со злой мордой начал осматриваться.

Деревянный дом. Большой. Я не назову его поместьем, но что-то близко по духу. Явно не на одного человека. На большую семью? Причём видно, что строился вручную, а не бездушной компанией.

Но осталась здесь одна прабабушка. Да ещё и внучка родная от неё сбежала, оставив в таком большом доме… совсем одну.

Печально даже как-то.

Мы были на кухне.

Большая печь, большой стол. Там вон травы висят, тут баночки с чем-то. Раковина.

*Бр-р-р*, - мой живот зарычал.

Я вчера с обеда в садике ничего не ел. А если вспомнить кошмар в лесу…

— Хотю кушать, - пробубнил я.

— Ой, бедный мальчик, - прабабушка присела передо мной и заглянула в глазки, - Хочешь кушать?

— Тя…

— М-м-м, бедненький, - она состроила грустную морду, - Тогда иди наколи дрова, покажу, как готовить картошку.

Я на неё посмотрел. Моргнул. Медленно так.

Бабушка звонко засмеялась, встала, и продолжила химичить с грибочками и травами.

Так, погоди. Это не шутка?!

— К-какие длова?! Какая калтошка?!

— Дрова за домом. Там же топор.

— Я не умею!

— Пора учиться, - пожимает она плечами.

— Мне годик! - я топнул ножкой, - Я не должен уметь колоть длова! Я маенький!

— Что, думаешь будет всегда доступ к пище? Всегда мамочка придёт и накормит?! Знаешь, что я делала в годик, чтобы выжить? Жила с волками! Знаешь, как я питалась?!

— Пила их мовоко?..

— Нет, догрызала остатки добытой дичи.

Во какие зубы острые стали. Уа-а-а! – она резко раскрыла рот, показала клыки и щёлкнула ими перед моим лицом.

— Ыа-а! – аж отскакиваю от неожиданности.

Она снова засмеялась.

Эта бабка издевается!

— Давай-давай, Мишка. Сам видел – мир жестокий, а ты маленький и неумелый. Хочешь, чтобы маму продолжили обижать? Хочешь, чтобы папе пришлось присматривать за вами обоими?

— Н-нет…, - пробубнил я.

— Значит иди и учись жить! – повысила она голос, - Всё.