Люпус Регина Бета + Бета Рэй Билл

Паучье сцепление с поверхностью, которое помогало Питеру карабкаться по стенам и потолкам, еще некоторое время помогало ему поддерживать крепкую сцепку с полом. Но симбиотическая слизь постепенно окутывала ногу, добравшись и до ступни. В какой-то момент тонкий слой этой живой слизи целиком покрыл его подошву, отделив ногу от пола. Когда паучья сцепка пропала, державшийся из последних сил Питер Паркер повалился на пол и его резко потянуло в самую гущу симбиотов. Веном в это время был занят своей битвой.

Но в этот момент с оглушающим ревом в самую гущу симбиотов, накинувшихся на Человека-паука, ударила запущенная Бетой Рэем асгардийская секира! Симбиоты оказались перемолоты ей. Питер был спасен. Но сам Рэй оказался безоружен. Он был на другом конце зала в тот момент и не успевал сам прийти на помощь Питеру. Поэтому он метнул свою секиру.

- Что ты творишь, красавчик?! - вскрикнула Люпус Регина, которая сражалась рядом с Биллом.

Билл обернулся к ней.

- Прости, Дева-воительница, но мы никак не должны позволить этим людям попасть в руки врага.

- Ты прям как сестрёнка Юри… Неужто для тебя мораль дороже жизни?!

Билл не совсем понял, что девушка имела ввиду. Но он ответил ей.

- Если враг схватит тех людей, то мы погибли. Даже если нам удастся победить всех врагов, это не будет иметь значения. Если мы не спасем тех людей, то весь мир… вся галактика… весь космос будет уничтожен.

(Клетус Кэссиди собирал генописи именно для того, чтобы иметь возможность связаться с Кналлом — богом симбиотов. Если он накопит достаточно генописей, то это позволит ему установить ментальную связь с Кналлом и пробудить его от его вечного сна, в который его погрузили древние взбунтовавшиеся симбиоты.)

Билл говорил спокойным голосом. Но Люпус регина поняла его. От ее былой беспечности не осталось и следа. Улыбка сошла с ее лица.

- Цк! - цокнула она и нахмурилась.

Когда она оказалась в этом мире… в самом пылу битвы лишь Бета Рэй Билл вызвал ее искреннюю симпатию (в которой, впрочем, она не призналась бы даже себе). Остальные же персонажи были для нее лишь жалкими ничтожными марионетками, которые были призваны поразвлечь ее. Для нее было безразлично — враги это или союзники. Врагов она убивала с упоением. Смерти же союзников она ожидала с садистским наслаждением.