Инфернальный ковбой

Те, у кого есть семьи и стабильные заработки, конечно же, отказались, зато наёмники, оказавшиеся после службы на мели, сразу ухватились за выпавший шанс. Как я понял, заказчиками являются Макселлин и Палария.

- Хитрые, берегут свои армии настолько, что решили потратиться на вольные роты. Впрочем, я и сам так поступал, - удовлетворительно кивнул Грэйлон.

- Сколько они могут на этом заработать? – задал очередной вопрос Игорь.

Грэй ухмыльнулся и, поглядев в окно, высокопарно произнёс:

– Известный генерал Ворланиан говорил каждому новобранцу одну и ту же фразу: «Тот, кто прослужит под моим началом два года, получит домик с садом.

Тот, кто отбудет пять лет службы, заработает усадьбу. А тот, кто выдержит десять лет, добьётся замка и дворянства».

- И как, многие заслужили обещанное дворянство?

- Те четыре солдата, которые смогли продержаться по десять лет, стали основателями новых знатных родов. Вот только они были единственными его подчинёнными, кто выжил после столь долгого срока службы, уж больно суровые битвы вёл Ворланиан.

На некоторое время воцарилось молчание, нарушаемое лишь тихим гулом голосов соседей по вагону и стуком колёс. Впрочем, долго оно не продлилось, поскольку вскоре на весь вагон грянула весёлая разухабистая песня. Пела та самая пятёрка, с которой болтал Рэк. Правда, больше это напоминало дикий ор, в котором с трудом угадывались слова о весёлой жизни солдата. Кому-то эта песня явно не понравилась, поскольку из центра вагона раздался ещё один хор, на сей раз исполняющий балладу о суровой битве, в которой полегли все участники.

Приподнявшись, Андрей разглядел поющих, очередную вооружённую группу, члены которой явно с недовольством посматривали на своих конкурентов по вокалу.

- Насколько мне помнится, эти две роты всегда враждовали друг с другом. Шевроны уж больно знакомые, - тут же пояснил Грэйлон. – Но волноваться, думаю, не стоит, поорут и успокоятся.

Впрочем, пассажиры явно не разделяли мнения Лиса. Многие мрачно косились на голосивших солдат, а некоторые даже порывались встать, чтоб прекратить шум, но так и не решались и сразу садились.

Правда, вскоре такой недовольный смельчак всё-таки нашёлся. Со своей лавки в противоположном конце вагона поднялся полуголый мужик, ростом на две головы выше Игоря, вооружённый одним лишь широким ножом, и угрожающе двинулся в середину салона к солдатам, певшим про войну. Через минуту те резко замолчали, и великан зашагал к первой группе певцов.