Карьера в мире меча и магии

– А сколько бы это стоило, если бы было возможно? – осторожно вступил в разговор я.

– Это невозможно в принципе, и увеличило бы стоимость минимум в два раза.

– Два золотых? – вскрикнула Мишелин. – Это грабеж!

– И сделать это платьенужно так, чтобы все восхитились не количеством кружев, а телом владелицы! – заявил я. – И чтобы эти платья отличались друг от друга, но были в одном стиле!

– Тогда три золотых! – твердо заявила мадмуазель (надеюсь, это звание начальницы мастерской или салона) Шоме.

– За каждое? – осторожно спросил я.

– Да, разумеется. Кстати, если хотите заказать и себе костюм, не слишком напоминающий мешок, который напялен на Вас, молодой человек, это вам обойдется еще в один золотой!

– Отлично, – стараясь не выдавать эмоций, и не слишком выдавать свое расстройство, полез я в мешочек, висящий у меня на поясе. И высыпая на столик практически всю свою заначку – шесть золотых кругляшков и два десятка серебрушек. Ну, такой здесь курс: один золотой стоит двадцать серебряных монет. И осталось у меня на оставшийся месяц чуть меньше золотого (в эквиваленте).

А выживать осталось почти месяц. Хорошо, конечно что неделя проживания в гостинице у меня оплачена. А затем придется перебираться в казарму, на подножный корм. Или отправляться на охоту в каменоломни. Неизвестно, что опаснее для жизни: монстры или стряпня нашего кока!

Мишелин сочувственно проводила взглядом скрывшиеся в сумочке миледи монеты, и тяжело вздохнула. А затем потащила нас с Аэртой за руки во внутренний кабинет.

И девушки принялись раздеваться.

– А ты чего стоишь? – обратилась ко мне Аэрта. – Давай, снимай с себя все! Сейчас с нас будут мерки снимать! Время нельзя терять! У портних и так мало времени остается! Им и так всю ночь придется работать! Давай-давай! Нечего тут стесняться за такие деньги!

Так что через пару минут я оказался в компании двух абсолютно голых девушек, и заскочивших откуда-то в комнату полудюжины служительниц, чуть более одетых, вооруженных какими-то веревочками для измерения и восковыми табличками для записи результатов.

Они чуть замялись, увидев меня в нижнем белье (рубахе и кальсонах), но тут Мишелин в Аэртой избавили меня от остатков одежды, и сотрудницы мастерской приступили к измерениям как меня, так и моих напарниц. Причем тех они обследовали более тщательно: не только протягивали веревочки, измеряя длину ног, размер талии, объем и высоту груди. Но и заставляли их принимать различные позы, протягивая в стороны руки и наклоняясь в различные стороны.