Страж Кодекса. Книга VI

Даже если это его изначальная задумка, то я стану той самой подопытной переменной!

— С Кодексом в сердце... С Кодексом в душе, — прошептали мои губы и я поднял глаза на затихшего Морозова. — Прошу прощения, Павел Алексеевич. Задумался.

— Бывает, — отмахнулся он с улыбкой и сказал: — Ты после меня в Центр, да? Хочешь уговорить Багратиона?

Я кивнул.

— Тогда - удачи тебе, — хохотнул Морозов. — Львович скорее сердце себе вырвет, чем отправит бойца в одиночку к чёрту на куличиках.

— С ним я этот вопрос как-нибудь улажу, — хмыкнул я.

Ещё минут десять он всячески пытался меня отговорить от этой затеи, но не настойчиво. В конечном итоге - Морозов сдался и просто махнул рукой, сказав, что пусть дед мне мозги вправляет. Впрочем, я был уверен, что после моего ухода он позвонит Багратиону и поговорит с ним по этому поводу. Мне было главное свою позицию обозначить и показать главному сплетнику Империи, что настроен я серьезно. Морозов поможет мне, даже одним своим звонком.

— Павел Алексеевич, есть ещё один момент, который я хотел бы с вами обсудить.

— Да? — приподнял он бровь. — Я заинтригован. Давай, Дим, руби глаголом.

— Недавно я нанял человека. Кандидат наук химии и физики, достойный гражданин Империи и очень хороший специалист. Но есть с ним одна проблема...

— С который ты и твой дед не могут справиться? — ухмыльнулся Павел Алексеевич. — Очень интересно.

Я выдержал паузу, наигранно вздохнул, будто мне тяжело поднимать эту тему.

— У него конфликт с родом Брюлловых. Если говорить начистоту, то из-за него пострадал их наследник.

— О-о-о, как! — цыкнул Морозов. — Молодец, парень! Хвалю его! Так этим собакам сутулым и надо!

М-да, похоже, будет сложнее, чем ожидалось.

— Кгхм, Павел Алексеевич, я бы хотел вас попросить посодействовать в излечении наследника Брюлловых.

Морозов замер с чашкой чая в руке, так и не отпив из неё.

— Ты ведь понимаешь, о чём просишь, Дмитрий?

— Понимаю.

— И тебе известно о конфликте наших родов?

Мой кивок.

— Тогда ответь - зачем это мне? Я услышал, зачем это тебе, но не вижу пользы конкретно для себя, — поставил он чашку на блюдце, скрестив пальцы в замок. — Наша вражда с Брюлловыми длится больше пяти лет.