Цветные Вселенные

Это ведь не я вас вытащил из кольца.

- Ты вытащил из ущелья.

- В благодарность можете сделать меня своим комтуром*, - Броган устремил на Генриха открытый пронзительный взгляд. Последний даже ошалел на мгновение от столь неприкрытой наглости. Повисла короткая пауза, а затем раздался дружный негромкий смех.

- Кстати… - задумчиво начал Генрих, когда они отсмеялись. – Интересно, что же случилось в тот момент, когда шкатулка угодила на дно ущелья? И почему именно ее облюбовало инфернальное колдовское Нечто, превратив в артефакт, который заманивает в свои цветисто-абсурдные мироздания любого, кто окажется поблизости.

- Боюсь, этого мы уже никогда не узнаем, Магистр, - вздохнул Броган, терзая пальцами подвернувшийся под руку стебелек горечавки. - Вы ехали с дипломатической миссией. Мы – сопровождали торговый обоз. Всех нас объединяло желание быстрее добраться до Альконты. Не исключено, что и какой-нибудь знатный купец или маркиз, везущий с собой драгоценности, так же хотел срезать путь.

Какое-то время оба рыцаря смуро молчали. Наконец, Генрих, решительно поджав бледные губы и нахмурившись так, будто готовился к особо неприятному разговору, повернулся к товарищу по оружию. Внимательно вглядываясь в лицо Аластора и тщательно подбирая слова, он спросил:

- Аластор, скажи… Намерен ли ты… вернуться обратно в Орден?

- Спросите тоже, Магистр! Мне что, по-вашему, есть куда в другое место пойти? – рыжебородый великан ухмыльнулся, но потом вдруг настороженно воззрился на Генриха.

- Только не говорите, что вы…

- Не говорю!

Вышло, пожалуй, даже слишком резко. Аластор выдохнул с облегчением.

- Магистр один раз – Магистр всегда. Это мой долг перед Орденом. Долг перед Богом.

- Спасибо, что сказали это.

- Я думаю, в дальнейшем нам стоит озаботиться уничтожением этого темного артефакта, Аластор, - твердо произнес Генрих, сжав памятные кольца в кулаке. - Нельзя Ему позволять и дальше заманивать бедных путников в безумные фальшивые миры оскверненной шкатулки.

- Считаю… раз уж мы выбрались, самое то – сделать наш земной мир единственным и неповторимым для всех, - просто ответил Броган.

Генрих непривычно мягко для себя улыбнулся, переводя спокойный ищущий взгляд на тихую темную воду.

В гладком, как зеркало ночном озере отражалась целая Вселенная.