Зверобой. Том 1

В тесноте ударил его локтем в челюсть, оглушив на время.

Шагнув в сторону, уклонился от ножа в спину. Этот был первый, кого я бросил на землю. Схватив его руку, сломал и забрал нож. Дважды ударил подмышку, в сторону сердца, и снова швырнул на землю. С пронзенным сердцем, через пару секунд он будет мертв.

Главарь перестал наблюдать, как его людей убивают. Пока я был занят другим, он выхватил меч и атаковал. Мне удалось подставить спину второго под удар!

— Ублюдок! — закричал главарь. Я отшвырнул полутруп в сторону.

Бандит был еще жив — удары мечом по спине не убивают сразу. Он лежал на земле, мучительно постанывая.

Главарь мастерски владел мечом. Его осторожные удары держали меня на расстоянии.

Я ощутил, как спина уперлась в стену. Главарь ухмыльнулся и атаковал. Но я парировал ножом, заставив меч вонзиться в стену. Схватив его за воротник, прижал к стене и вонзил нож подмышку. Следом ударил в основание шеи, отделяя голову от тела.

Люди хуже любых монстров, но убить их гораздо легче.

Покончив с ублюдками, направился в сторону дома.

Пока петлял по переулкам, думал, что появятся новые враги. Но пока никто не преследовал меня. Больше всего беспокоило то, как этот человек сказал:

«Ты должен быть мертв.»

Так сказал нищий, и первые двое, которых я убил. Богиня Верона, покровительница охотников, поместила меня в новое тело? Все вопросы интересные, но я уже добрался до выхода из переулка.

Вышел к площади перед древним сооружением со скульптурными колоннами и мраморной облицовкой.

Это был особняк семьи фон Белоф.

Меня зовут Артем фон Белоф и я прямой потомок семьи. Я третий ребенок второй жены моего отца Федора фон Белоф. И это не просто фамилия — это наследие, которое определяло мою жизнь с самого начала. Вот только судьба была не так добра ко мне, как к моим предкам.

Следующими пришли воспоминания о братьях и сестрах Артема. Просмотрев их, я думал плакать или смеяться.

Вспомнил, как он проводил детство в особняке отца. Здесь обитали многочисленные жены и дети моего отца.

Именно здесь он прожил свои первые годы. Но воспоминания о детстве не слишком радужны, несмотря на всё богатство и роскошь вокруг.

Его окружали дорогие наряды и изысканная еда. Но никакие материальные блага не могли заменить отсутствие искреннего счастья. Он всегда чувствовал на себе тяжесть взглядов своих братьев и слуг, которые загоняли его в угол, насмехаясь за спиной. Их голоса звучали пренебрежительно, даже когда они смеялись.