Кодекс Крови. Книга VIII

Это тёща на мировую решила пойти? Или решила, что голодным я буду ещё несносней, чем вчера?

— Благодарю вас, Исико-сан, — я склонил голову в ответ, но всё же не смог не поинтересоваться, — есть ли возможность заказать это блюдо и для моих людей?

Исико нахмурилась, будто прикидывала в уме во сколько ей обойдётся подобный завтрак.

— Камидзу-сан, вопрос даже не в стоимости, — она смотрела прямо, не отводя взгляда, — у местного держателя постоялого двора может просто не оказаться такого запаса деликатеса, чтобы угостить четыре десятка воинов.

Про накормить же речи не идёт вовсе.

— Неужели рыба — редкость в империи, окружённой водой? — удивился я не на шутку.

— Если вы заметили, то мы сейчас в глубине острова. Местные аристократы обычно не дают разрешения на вылов рыбы в своих землях, а доставка из Осаки ведётся мелкой розницей. Большинство местных постояльцев скорее дождутся приезда в столицу и там вкусят блюда с большим разнообразием, чем будут переплачивать на полпути.

Я поблагодарил за пояснения, но всё же попросил узнать у владельца о его запасах.

Сам же по кровной связи попросил Маркуса отправить нашего толмача покрутиться возле кухни. На всякий случай.

Спустя ещё пять минут вернулся воин рода Инари и сообщил, что завтрак для моих кровников обойдётся в триста тысяч российских рублей из расчета пятнадцать килограмм жареной рыбы на всех. Это всё, что было в наличии у хозяина.

Цена в общем-то оказалась запредельной. Я прикинул, что тёщенька передала в мешочке за мою рыбку где-то десять тысяч рублей.

Очень недешево стоило уважить будущего зятя.

Но тут по кровной связи отозвался Маркус:

«Ну и ценники у них! Сто пятьдесят тысяч за пятнадцать килограмм рыбы? Она у них молодильная, что ли?»

«Сколько-сколько?» — на всякий случай переспросил я.

«Сто пятьдесят тысяч! И это ещё оптовая цена!»

Я задумался. В Адлере покупка таверны обошлась мне в тридцать тысяч рублей, а здесь за сто пятьдесят, подозреваю, что можно было купить ещё один такой постоялый двор.

И вот теперь меня терзало два вопроса: кто увеличил цену в два раза и с какой целью? Самурай, решивший под шумок озолотиться, или сама Исико, решившая таким нетривиальным образом унизить будущего зятя?

Комарихи дали мне ответ на эти вопросы достаточно быстро. Всё это время мать Тэймэй участливо ждала моего ответа. Глаза её светились торжеством. Как же, она смогла утереть нос своему будущему зятю.

Ну что ж... Мне тоже есть, чем вам ответить.