Кодекс Крови. Книга VIII

Спустя минуту дракончик, едва размахивая крыльями, приволок по воздуху Имал корзиночку с безе, цукатами и шоколадной крошкой.

Опустив сладость на стол рядом с эргой, Скальд театрально завалился на спину и чуть подрыгал лапками, изображая крайнюю степень усталости.

Имал хватило секунд на пять, пока она переводила взгляд с дракончика на пирожное и обратно. Сцапав вкусняшку, эрга милостиво произнесла:

— Хм... возможно, мы могли бы подружиться.

Дракончик приоткрыл один глаз на это и подтолкнул лапкой кусочек шоколада поближе к кошечке, тут же прикинувшись мёртвым.

Я чуть не засмеялся, наблюдая эту пантомиму.

— Хм...— облизалась Имал, убирая последние следы существования пирожного, — ты шоколад любишь?

Скальд тут же вскочил на лапы и принялся усердно кивать.

— Ща! — с этими словами Имал исчезла, а буквально через пять минут, в течение которых дракоша сосредоточенно расхаживал по краю стола, рядом с ним появился двухъярусный шоколадный торт.

Восторженный писк дракона перекрыл не менее восторженный возглас Асты, которая вцепилась в поднос, хитро подмигнув Скальду.

Троица сладкоежек удалилась на свой край стола, умильно разглядывая принесённое Имал богатство.

— Эта пушистая воровка стянула у кого-то торт. Если узнаешь у кого, я оплачу, — смиренно повинился я, обращаясь в хозяйке Шивелуча.

— Не впервой? — улыбнулась Лавиния.

— Я в Петербурге все окрестные кондитерские в радиусе трёх кварталов завалил пожертвованиями, перекрывая её аппетиты. Один раз даже свадебный торт стянула и уронила.

И кто-то, — я скосил глаза на Тэймэй, — потом отмывал покои от сладкого безобразия.

— Я думала, мы всё убрали, — рассмеялась Тэймэй, — был за нами грешок. Откуда узнал?

— Секрет! — я чмокнул невесту в нос и показал язык.

Праздник шёл своим чередом, но я заметил, что не все родные Вулкановой присутствовали.

— Часть девушек ушла знакомиться с твоим «туристом», — хмыкнула Лавиния. — Поэтому здесь только те, кто выше пятёрки имеет потенциал.

Я прикинул соотношение и рассмеялся.

У кого-то предстояли жаркие дни и ночи.

— Ты чего ржёшь, как ненормальный? — прямолинейно уточнила Тиль, приложив ладонь ко лбу. — Не перегрелся случайно?

— Да я тут осознал, что в кои-то веки не первый парень на деревне, — отсмеявшись, ответил я и, уже обращаясь в Лавинии, добавил: — Вы хоть парню диету соответствующую обеспечьте, а то ему такую посевную надо осилить, что не завидую ему.

Графиня кивнула и дала знак начать танцы.