2. Эволюция мага

— У вас разве маячка в браслете нет? Не боитесь, что лэн директор нас обоих тут разом и накроет?

— У учителей и сотрудников, курсант Гурто, — усмехнулся доктор, — есть некоторые привилегии, поэтому за нами, в отличие от вас, никто не следит.

— А стоило бы, — красноречиво намекнул я, скидывая одежду. После чего забрался в капсулу, перехватил кислый взгляд мужчины и хмыкнул. — Да ладно, не дуйтесь. Я просто так сказал. Программу выставите?

Лэн Нортэн все еще не слишком довольно буркнул:

— Нет. У тебя тут все по системе выстроено.

В этих модулях лучше ничего не трогать. Два этапа обучения ты уже одолел, остался третий, самый сложный. Побочка ожидается самая серьезная. Время очередной загрузки — рэйн двадцать. Ты хоть в туалет-то перед этим сходил?

— Само собой. Я же не в первый раз.

— Ну тогда ложись. Я прослежу, чтобы хотя бы сбоев не было.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я и, как только доктор закрыл крышку, плотно сомкнул веки.

«Процедура загрузки начата, — исправно доложила Эмма в своем привычном стиле.

— Пакет данных под номером двадцать три готовится к работе».

И вдруг резко сменила тон.

«Усыпить субъекта «лэн Нортэн», чтобы не мешался?»

«Пока не надо, — подумав, решил я. — Но если полезет куда не надо, выруби. Он сам сказал, что в этих машинах плохо разбирается, так что пусть или молча ждет, или проваливает».

Эмма на это ничего ответила, хотя команду к исполнению приняла. Ну а я мгновенно уснул, а когда проснулся…

— Адрэа! Адрэа, что с тобой?!

Ух ты ж мать, до чего же башка болит! И тело словно в крутую загогулину скрутилось, как если бы я ломку словил, как заядлый наркоман, не получивший вовремя дозу.

«Эмма, обезболивающее мне дай, пожалуйста, и лучше сразу в конской дозе!»

«Проводится экстренная корректировка, — с явным беспокойством отозвалась подруга, пока доктор хлопотал над моим корчащимся на жестком ложе телом. — Сбой в работе нервных синапсов. Недостаток нейромедиаторов. Блокировка рецепторов. Провожу очистку системы…»

— Адрэа! — снова позвал меня лэн Нортэн, но я в ответ мог лишь нечленораздельно замычать.

Меня ломало и корежило так, как никогда раньше, и Эмма почему-то ничего не могла с этим поделать… по крайней мере, первые бесконечно долгие тридцать четыре сэна.

— Дайн! — сипло произнес я, как только мне полегчало. — Вот это откат. Лэн Нортэн, уберите руки — у меня сейчас даже кожа горит, так что ваше прикосновение для меня сродни раскаленному паяльнику.

Доктор тут же отпрянул.