Тропа мертвецов

Слишком реально! Слишком! И слишком невозможно. Но… но если мы теперь одни, если мы последние… Если допустить на секунду, что все они… папа, дядя, Шон, дед… мама…

Незаметно вытерев лицо, я закусил губу, стараясь в этот раз не прокусить. Всё-таки, клыки — это очень больно. Хорошо хоть на мне заживает всё легко и быстро, вот такие прокусы — за пару дней. Через минуту немножко отпустило, можно было не бояться, что голос откажет.

— Ван, давай просто забудем, а? Как в рейде.

Брат хмыкнул, некоторое время не отвечал.

Когда он начал вставать, я тут же вскочил первым, помог. Мы сцепили руки, обхватив друг другу запястья тем жестом, который примиряет поругавшихся Призраков. Никакие объяснения после этого не нужны — визуально-эмоциональные блоки информации рассказывают всё гораздо лучше. Вот только щит, наглухо закрывший душу и разум, убрать я не мог себе позволить. Ван вопросительно приподнял бровь, ожидая объяснений — он-то раскрылся. Сильно ссутулившись я некоторое время помолчал, потом попросил:

— Поверь мне, ладно? Я не могу…

Брат тяжко вздохнул и ответил:

— Ну что ж с тобой делать ещё… Ладно.

Что там у тебя с плечом? Давай хоть «заживлялку» сделаю.

И хозяйским жестом отодвинул крыло, поглядел… Задумчиво хмыкнул, уставился на меня.

— Братишка, а, братишка, где тебя носило?

Не отвечая, я старательно смотрел в сторону. Ван снова оглядел рану, опять уставился меня, удивлённо изогнул бровь. Я со всех сил пытался держать «морду кирпичом» и не смотреть на него. А ещё очень старался не помнить, думая о целой куче вещей сразу.

Но кого я обманываю… Апокалипсис же даже по безликой маске Призрака всё прочесть мог.

— Таэш?.. — усмехнувшись уголком губ, спросил светлый.

Быстро взглянув на него, я снова стал рассматривать небо там вдали у горизонта. Так даже лучше. Пусть думает, что дело в ней, что это богиня являлась ко мне… а не мать умерла на руках. Видать что-то такое отразилось на лице, раз он спросил тревожно:

— Что, всё настолько плохо?

— Всё ещё хуже! — вырвалось у меня.

— Держись, — немного помолчав, сказал Ван. — Прорвёмся. И не через такое проходили…

Нет, брат, через такое не проходили. Надеюсь, что и не пройдём…

— Да куда я денусь… — оставалось только вздохнуть, загнав творившееся в душе поглубже. — Выдержу, не бойся.

Вошли в дом мы рука об руку.

— Помирились или притворяетесь? — подозрительно прищурилась охотница, ожидавшая нас.

— Думаешь, мы первый раз так ругаемся? — приподнял бровь Ван.