Тропа мертвецов

— А теперь помолчи и дай мне попытаться спасти наши шкуры! Не думай даже, драться бесполезно — это рейнджеры… Стражи…

Кто б меня просветил, что вообще вокруг происходит?! Может я давно в дурке и всё вокруг происходящее — бредятина больного сознания на почве съехавшего шифера?!

Пока Ван продолжал почти бессмысленный для меня диалог с этими… рейнджерами, я рассматривал последних. Странные — я уже говорил? Светлые — это светлые, они такие же как тёмные, только с придурью. Эти же… другие.

Всё, от воскового оттенка кожи и белого золота волос до какого-то необычного ощущения на грани восприятия говорило что таких эльфов я не видел ещё никогда. Лица у них странные, радужки слишком крупные, как у зверей, скулы приподнятые… Лёгкий доспех собран из листовидных пластин металла и кожи. Плащи с капюшонами смотрелись живыми. Казалось, отойди они на десять шагов и даже я уже не смогу их заметить. Изящество на грани возможного, но в каждом движении скрыта немалая сила. Грация в хищной неподвижности… Да я доспех образовать не успею, а уже буду нашпигован как игольная подушечка!

Я точно сплю. Так не бывает. А если это сон, то беречь свою жизнь мне незачем.

— Ван, Ван! — я подёргал его за рукав, медленно понимая, что мне как-то страшно. Просто до меня сейчас доходит как до жирафа, на третьи сутки! — Ван, кто они такие?!

Брат обернулся, глянул на мою перепуганную физиономию и соизволил ответить:

— Изначальные, — и снова что-то добавил на этом малопонятном языке уже не для меня.

— Ван! — я опять дернул брата за мантию. — А кто такие изначальные?

— Да ты помолчишь сегодня?!

Я с трудом увернулся от подзатыльника, шарахнулся от брата, чуть не наткнулся спиной на наконечник стрелы одного из этих… изначальных, снова дёрнулся к брату. Неловко вывернул руку и от боли в глазах помутнело, запнулся о собственную мантию, не удержался и упал на колено. Прямо на острый край камня.

Ай, больно же!

Ни на кого больше не обращая внимания, сел, одной рукой вытащил штанину из обувки, задрал повыше. Поглядел на новую глубокую ссадину и начинающий наливаться синим ушиб. Вторую руку бережно держал на весу, стараясь не шевелить.

— Ахренительный день рождения! Хуже у меня ещё никогда не было! Что б этого проклятого дангаха демоны растерзали! Всем спасибо, все свободны, сожри вас твари Хаоса!

— Ирдес!..