Тропа мертвецов

Продравший глаза Ван пополз в сторону воды и минут через пять оттуда послышались приглушённые ругательства. Ещё через пяток минут вернулся замёрзший, мокрый брат и усадил свою светлость у огня, изрядно подвинув моё высочество. Стражи непонятно переговаривались и дружелюбно на нас поглядывали. При таком раскладе можно считать себя не конвоируемым, а сопровождаемым. Языка я так же почти не понимал. А то, что пару раз умудрился на нём выругаться — то всё выверты подсознания… М-м-м… Ну, я понимаю, что для подсознания ещё должно быть и сознание, а с наличием последнего как раз проблемы… Спишем всё на паранойю! Тётушка не обидится.

— Ван, — я толкнул брата плечом. — Давай разомнёмся, а? Заодно и согреемся.

— Не терпится новыми мечами помахать? — усмехнулся светлый.

— Ага! — радостно закивал я.

Брат с сомнением посмотрел на мою левую руку.

— Она уже не болит, — уверил я. Ван ответил скептическим взглядом. — Ну, почти не болит. Я буду осторожен!

— Ну ладно, — вздохнул светлый.

Нельзя тренироваться с боевым оружием. Но мне так хотелось! Да и мы с братом достаточно ловкие, чтобы друг друга не убить. Контролю движений нас учат первым делом. Тренировка сильно отличается от боя даже по технике. По-настоящему драться мы учимся в карманах Ада, а не друг с другом. Друг друга мы учимся бить, а не убивать. И остановить меч до касания — основное умение для тренировки!

Шагах в десяти от костра располагалась просторная полянка, и места для утренней разминки хватало.

Никакого ритуального приветствия, никакого кружения и присматривания к противнику! Оружие выхвачено в длинном прыжке с места и ещё в воздухе проведён обмен ударами! Ритм схвачен налету, коснувшись земли я уже слышал музыку предстоящего поединка! Бой, мой брат!..

Первые пять-семь лет мы тренируемся только с деревянным или очень тупым оружием. С настоящим — только когда можем до миллиметра контролировать свои движения. Когда ты точно знаешь, что остановишь свой меч в сантиметре от тела друга.

И что по рукоять загонишь нож в глотку врагу.

Это всё равно как летать. Пока не попробуешь — бесполезно объяснять. Мои мечи — продолжения рук, моя битва — бешеный танец! И пьянящее безумие, и не сдержанный вопль радости и ярости… И хочется летать пока не упадёшь от усталости!

Музыка меняется… Пора подводить к завершению… Принося в жертву плавность и красоту, переходишь в экономичный ритм с предельной точностью движений.