Тропа мертвецов

— У меня суставы не так сформированы, — поморщился я. — А до такой степени разработать кисти я просто не смогу.

— Не городи ерунды, — отмахнулся светлый. — Я помогу.

— Хорошо, — не стал спорить я, про себя подумав, что это всё равно бессмысленно, меня-то тренировали с тяжёлым оружием. Суставы становятся менее подвижными с такой тяжестью, как мой фламберг. — Глянь руку мою, кажется, я её опять сломал.

Брат не матерился, но выражение лица у него у него было очень красноречивым. Разбинтовав и ощупав заново отёкшую и покрасневшую руку, брат накинул на мою многострадальную конечность пару «ледышек» и модифицированную «заживлялку» специально для костей.

Добавил золотистую лангетку, ушедшую прямо в руку сквозь мышцы.

— Заново не сломал, но и перелом твой не зажил ещё, — хмуро сообщил Ван, вернув на место бинт. — Никаких тренировок ближайшие дни.

— Ладно, — согласился я.

Мы вернулись к костру.

— Ну вы даёте! У нас к ста годам так мечами не владеют, — отметил Арис, предлагая нам завтрак. Мы, естественно, не отказались.

Точно, это зайцы были. Кому из людей расскажи про охотящихся в своём заповеднике эльфов — не поверят!

— Нам оружие вручают прежде, чем ходить учат, — ответил светлый.

— Ты ещё не видел, как мы стреляем, — добавил я. И продолжил: — Я хреновый стрелок. А Ван в монетку налету попадает не глядя. У него пули не по прямой, как положено, а по кривой летают и за угол заворачивают.

М-м, вкуснотища! Какие-то необычные специи добавлены к мясу. Интересно, а чай они из чего заваривают?

— И какого же страшного мира вы, дети?.

. — тихо спросил десятник больше для себя, чем для нас.

Я лично отвечать не собирался, потому что жевал. Но Ван подал голос:

— Нормальный мир. Только жизнь у всех разная. Иногда не уметь убивать — значит быть мёртвым.

Завтрак был закончен, костёр быстро потушен, а парадные венцы, бесполезные мантии и презентованные нам с братом плащи, коих у изначальных оказалось больше чем нужно десятку, запихнуты в припрятанный Ваном пространственный карман.

Правильно, это была та самая серебряная роза, которую «принц Корвин» благополучно заныкал в кармане.

Я вообще не понимаю, как эти ушастые в плащах ходят — неудобно же! Хотя, конечно, в этих своих накидках они легко сливаются с окружающим пространством. Отряд двинулся дальше, а я тут же пристал с вопросами к брату.

— Ван, а кто такие изначальные? Они светлые или так, мимо проходили?

— Не светлые, — ответил Ван. — Они изначальные эльфы.