Тропа мертвецов

Не переживу снова. Или уходи навсегда прямо сейчас, или уже не исчезай...

Она молчала, прикрыв глаза, и что-то было в её лице такое…

— Моя леди, прости, если я тебя расстроил. Чем я могу искупить свою вину?

— Ты видел, какие цветы здесь распускаются по ночам? — совершенно неожиданно спросила богиня всех богов. — Хочу венок из звёздных астр!

Самая непредсказуемая! Венок, так венок.

Мне оставалось только встать, поклонившись, подать ей руку. Какая же у неё ладошка тонкая! Почти прозрачная.

Чуть дальше, за озером, росли крупные светлые, с оттенками от молочно-белого до ярко-синего и светло-розового, цветы.

Жёсткие стебли не отрывались, хоть зубами грызи! Пришлось срезать. Когда их оказалось достаточно много, выяснилось, что венки она плести умеет так же, как я. То есть — никак. Зато сплели мы этой пакости… в смысле, я хотел сказать, прелести! Целых шесть штук. Пять из которых благополучно выбросили в озеро под шутки и смех.

Лёгкость и свобода в каждом слове, жесте, улыбке и взгляде. Настоящесть.

Без притворства и каких бы то ни было масок. Так бывает?!

Неужели это и есть та самая госпожа?! Она такая… не подберу слов, чтобы рассказать о ней. Маленькая, хрупкая, завораживающая… Я уже не верил в происходящее. В какой-то момент выпустил крылья и, подхватив её, взмыл в небо. Сам охренел от своей наглости.

…Перед самым рассветом, когда темнота становится почти непроницаемой, со дна озера поднялся цветок ночи. Лотос был огромен. Тусклый белый свет исходил от его лепестков, бросая блики на гладь воды.

— Как твоё имя, тёмный?

Смерть мне. И почему это меня не пугает, а? Наверное, потому что мозгов нет. По умолчанию, госпожа знает имя каждого тёмного. И если она вдруг спросила твоё имя, ни разу не назвав его сама без разрешения — это величайшая честь.

— Ирдес Крылатый, моя леди.

— В этом мире меня зовут Таэш, — она тихо хихикнула, глядя на меня.

Госпожа! Сама! Позволила мне! Называть её одним из имён богини всех богов, которые только хранителям родов известны, да и то лишь избранным!.

. А то, что я эти имена и их значения знаю, так только из-за того, что Крылатый — очень талантливый и шибко шустрый принц.

— Где твой венец, принц?

— Наверное, дома в самом пыльном углу под кроватью, — пожал плечами я. А о церемониальном безобразии умолчим…

Она свела ладошки вместе, «поймав» пару лучиков лунного света. Две переплетённые тонкие полосы металла венца в её руках. Она приподнялась на носочки, надела его мне на лоб.