По следу пламени

Тем более, Билл с Боровом поедут другим путём, так что…

- Яс-сно, - демонокровная по-змеиному прошипела, а затем вернув спокойное выражение лица, произнесла. - Ждём их до десяти утра. Не появятся – их проблема. Дорогу они в любом случае найдут.

- Есть капитан, - отсалютовала Мелания, морщась от заполняющего зал запаха свежих порций не очень свежего жареного мяса. - Я – на улицу, - демонокровная кивнула ей в знак согласия.

- А дальнейшие у нас какие планы? – уточнил Орикс, оторвавшись от своего оружия. - Просто двигаем через дебри к тому ущелью, про которое говорил Билл?

- Да, и, по-хорошему, завтра надо добраться до границы, - Марисса отпила из увесистой кружки, в которой пенился хлопьями бурый напиток, абсолютно отвратительный на вкус.

- На случай, если эти кретины вернутся ночью, дежурим по очереди. Раз уж Мелания пошла первой, она и подежурит сейчас. Дальше – меняемся каждые полтора часа.

Все были согласны с командованием. Изекиль хотел что-то возразить, но на него зыркнули так, что тот лишь недовольно потеребил усы и отправился спать.

***

Ночь была тихой. Шум и гул пьянчуг угомонились через пару часов, а вся толпа, за исключением некоторых храпящих за столами туш, расползлась по своим домам. Стоунхилл к полуночи практически полностью опустел.

Прохладные порывы осеннего ветра трепали тканевые шатры и покачивали ветви немногочисленных деревьев, чьи колкие ветви выглядывали штыками из-за бедных хибар. Чёрная гуща леса, начинающаяся через километр от города, шелестела кронами, будто бы приглашающе машущая тёмными рукавами.

Мелания сидела на маленькой потрескавшейся скамье, стоящей перпендикулярно входу в корчму, и откровенно скучала.

Периодически бросая взгляды на немногочисленные тусклые пятна света, разбавляющие чёрное ночное покрывало хоть какими-то образами, она погружалась в мысли, соответствующие настроению безлюдной мрачной ночи, и ждала.

Далёкое карканье ворона, эхом донёсшееся со стороны леса только больше погрузило её в раздумья, да так, что она не сразу заметила единственно идущего по улице человека и рефлекторно схватилась за лежащий на коленях гладиус, который выставила на показ, дабы особо ретивые синяки не решились к ней подходить.

Мужик, облачённый в лёгкие кожаные доспехи, неспешно и даже вальяжно шёл по дорог и будто бы даже не обращал внимание на единственного живого человека среди опустевшего города. Однако стоило ему дойти до калитки, ведущей к корчме, как он столь же вальяжно повернулся и подошёл к скамье.