Карманный волшебник

– Что же вы так поздно меня призвали? – строго спросила Елена Фабиановна. – Отпустите их. Живо!

Мягкие переливы рояля заглохли. Себастьяныч перестал дирижировать, и я наконец смог отойти от края лестницы. Охранник нехотя отпустил Машу.

– Мы просто телали сфою работу, – начал оправдываться Бах. – Разфе нам не приказали тут фсё охранять?

– Мы же говорили вчера об этом, – звонко шлёпнула себя по лбу Гнесина. – Я же провела инструктаж.

– А я говорил, Ваня! – подал голос Рахманинов. – Куда вы полезли, коллега?

– Как вы мне надоели, – протянула Елена Фабиановна.

Не отрываясь от перепалки, Гнесина затеяла небольшую уборку. Лёгким взмахом руки она заставила осколки взлететь с пола, приказав им срастись. Битое стекло немедленно вернулось в окна, будто ничего и не было.

Удостоверившись, что разрушений не осталось, Елена Фабиановна приказала нерадивым коллегам:

– Прочь отсюда.

Чопорно фыркнув, Бах взял под ручку Сергея Васильевича, и оба засеменили вниз по лестнице.

– Вы сюда зачем пожаловали? – строго спросила Гнесина, сделав несколько шагов в нашу сторону. – Чего застыли как надгробья? Говорите, как есть. Я и так всё знаю.

– Какой нам смысл отвечать, если вы уже в курсе? – поинтересовалась Маша.

Мне понравилось её мимолётное “нам”, но я не стал ничего комментировать.

– Умничаешь? – усмехнулась Елена Фабиановна, резко подлетев к девушке на расстояние вытянутой руки.

Но Маша не испугалась. То ли храбрая, то ли не чувствует угрозы от памятника. Наверное, решила для себя, что это всего лишь кусок бронзы, пусть и болтливый.

– Вы, наверное, хотели с нами поговорить? – употребил я заветное слово уже гораздо смелее. – А то такой тёплый приём, знаете ли.

– Извините, – вдруг шепнула Гнесина. – Волшебники иногда перебарщивают с защитными системами. Это вы ещё не видели, что в Верховном Облаке творится. Но не будем сейчас об этом.

И направилась на третий этаж, к тому самому лекторию, где магистр Иромю любит разносить меня за поразительную тупость и нежелание учиться. Надеюсь, я верно процитировал.

В ночном полумраке аудитория походит на хранилище химических реактивов. Везде стоят какие-то колбы да склянки, и действительно можно подумать, что мы тут производим какие-нибудь запрещённые вещества.