Стратегия одиночки. Книга седьмая

Недельку голый походит и поспит на полу, может до него и дойдёт, что за свои действия надо нести ответ.

В хорошем настроении, предвкушая справедливое воздаяние, которое вскоре должно настигнуть Армани, я покинул Бордум. Обошёл пару не поделивших дорогу караванов и перешёл на бег. Причём, так как тренировки временно отошли на второй план, разогнался я прилично. Да и то мою скорость ограничивали не столько физические возможности, сколько опасение, что обувь не выдержит подобных нагрузок. Мои ботинки, даже усиленные аурой Укрепления и нанесёнными заранее на подошвы Рунами, всё же не предназначались для передвижения на скоростях.

Зато, благодаря тому, что не отвлекался ни на что другое, кроме бега, за пару часов достиг города Минбер, в котором находился ближайший к Бордуму Храм Сундбада с рабочими Вратами.

Воспользовавшись привилегиями, которые мне даровала должность Цехового шерифа, миновал приличный затор перед городскими воротами и без очереди прошёл за стены. Заметив скучающего начальника караула, воспользовался моментом и расспросил его о городе, а также о Храме Облачного Пути, в котором находились Врата.

Меня интересовала личность главного настоятеля храма Сундбада. Я хотел попросить разрешение на осмотр Врат, в надежде познать Руну Пути, которая, как уверяла “память будущего”, обязательно должна быть нанесена на конструкцию Врат. Но Двери Божественной Дороги считаются сакральными, и разглядывать их посторонним жрецы не позволяют. Вот мне и было интересно, насколько настоятель местного Храма придерживается правил, и можно ли к нему подойти с подобным вопросом, без опасения, что даже за мысль о таком “святотатстве” мне запретят переход Вратами.

Увы, и подобный вариант был возможен. Конечно, в области Рур есть и другие Храмы Сундбада. То есть такой запрет в одном из них не являлся непоправимой бедой. Но тратить время на дорогу в другой город, мягко говоря, не хотелось.

Из разговора с начальником караула узнал, что настоятель Храма Облачного Пути славится как раз строгим следованиям правилам и внимательно следит за соблюдением всех догматов.

Попрощавшись со стражником, решил не рисковать и воздержаться от просьб, которые могут показаться местным жрецам кощунственными.

Жаль, что воспоминание о Рунах на Вратах всплыло в моей памяти столь поздно. Думаю, с настоятелем в Триесе я бы легко договорился о подобном осмотре. Но такова природа моих “воспоминаний”.