Бессмертный Пьяница (Том 7. Главы 570-627)

Они светились слабым светом, напоминая о том, что даже после смерти, души продолжают служить Секте Сладости Убийства.

Хотя Сакрины не были злыми, их культура и традиции были построены вокруг убийства, превращая его в своего рода искусство. Их ритуалы были сложными, и каждое убийство совершалось с прекрасной грацией и точностью. Они верили, что именно через жертвоприношение они могут достичь высшего уровня культивации и понимания вселенной.”

Следом располагалась описание следующей экстравагантной расы:

“Секта Пустынной Марионетки — Раса Кукольников.

По легендам эта раса родилась в центре бесконечной пустыни, под палящими лучами жгучего солнца. Но вся правда была не известна даже самым искушенным путешественникам и исследователям. Это была раса, которая выглядела как быль среди легенд, и их называли по-разному. Но в Регионе Царства Зла прижилось название кукольники, ибо их техники были завязаны на управлении марионетками.

Их лица, скрытые под завораживающими белоснежными повязками, отражали время.

Тем не менее огненные глаза, сверкающие золотистым светом, были похожи на две звезды, утонувшие в безбрежной пустоте, и они рассказывали о великой мудрости и могуществе. Их кожа напоминала высушенное, треснувшее дерево, расколотое временем и ветром.

Вокруг их шей качались старинные культивационные талисманы, каждый из которых хранил историю о могуществе и величии древних времен. Эти амулеты были символом их статуса и власти среди своего народа. Они говорили, что перед тобой не простой кукольник, а настоящий мастер, чьи нити могут управлять самими судьбами.

С первого взгляда на представителей этой древней расы можно было бы подумать, что они созданы из песчинок и ветра, но на деле их природа была намного сложнее и таинственнее. Под белоснежными повязками и высохшей кожей скрывалась пустота, они были полыми внутри. Это создавало ощущение, что их тело – это всего лишь оболочка, созданная для того, чтобы удерживать в себе древние тайны и энергию.

Состоявшие из корней, эти существа были как деревья, истоки которых уходили глубоко в пески пустыни, черпая из них жизненную силу и энергию.

Их руки и ноги, казалось, сплетались из множества корней, которые переплетались между собой, создавая сложные узоры. Эти корни были не просто частью их тел, но и символом их связи с землей и природой. В каждом движении, в каждом взгляде было чувство, что они не просто живые существа, но и часть большого и вечного мира, которому они служат.