Седьмой Рубеж IV

– Почему ты считаешь, что он старый? – с интересом спросил я.

«Запах.» – с небольшой задержкой ответил Олучь. – «Слабый, но понятный. Старик пахнет увяданием и смертью. Он должен был умереть очень давно.»

– Интересно. – хмыкнул я. Питомец, в очередной раз, подкидывал мне неожиданные новости. До этого я считал, что Ридра выглядит не сильно младше своего настоящего возраста. У магов старость приходит значительно позже. Возможно, магический питомец разбирается в подобных вещах лучше своего хозяина. Но это сейчас было не столь важно.

Я снял с груди Эла и легко поднялся. Почти без усилия. Исчезла боль в натруженных мышцах, а о многочисленных синяках напоминали только чуть желтоватые круги по всему телу. Несколько десятков отжиманий позволили немного прочистить голову и только после этого я вышел из палатки. Олучь немедленно взлетел по моей ноге и скрылся под рубахой. К голосам снаружи специально не прислушивался, чтобы не запускать сразу бесконечный хоровод мыслей.

Снаружи получил жестокий удар в голову.

В воздухе висел такой густой аромат мясной похлёбки, что его можно было резать ножом. Рот моментально наполнился слюной, а ноги сами потащили меня к центру лагеря.

– Глядите парни! – послышался от булькающего котла восхищённый голос Регдана. – Герцог идёт! Своими ногами идёт! Вот так чудо из чудес!

– А вы чего не на переднем краю? – рассматривая радостные лица парней из моего десятка, спросил я и уселся рядом. – Дежурство же ещё сутки должно идти. Или двое?

– Перестановки в личном составе.

– ответил Камид. Десятник тоже сидел с остальными и временами поглядывал на булькающий котел. Почётная поварёшка снова была в руках у Джила и все с нетерпением ждали, когда южанин даст команду готовности завтрака. – Все старшие десятки после вылазки отправили на длительный отдых. Сейчас на переднем краю только чёрные сотни и пара резервных отрядов. Остальным велели отсыпаться и копить силы. Вроде как пришёл приказ из столицы, что скоро планируется что-то крупное, но нам толком ничего не говорят.

Джил слегка мне кивнул и я ответил на его приветствие парой оттопыренных пальцев. Южанин ловко подхватил с земли сразу две миски и тут же наполнил их горячим варевом. Желудок бился о рёбра, угрожая сожрать селезёнку, если я немедленно не начну есть обжигающую похлёбку. Потрясения вчерашнего дня и длительно восстановление тела забрали у меня все запасы. И без того жилистое тело высохло ещё больше, но чувствовал я себя прекрасно.

– Дерьмово выглядишь.