Седьмой Рубеж IV

По всей видимости, он изрядно проголодался за ночь и решил получить плату за свою сторожевую вахту.

Я поднялся и направился в сторону нашего водопоя. Там снова уселся на землю, развязал завязки на мешочке и достал первый орех. Эл выбрался мне на плечо и внимательно следил за моими действиями. Я взломал скорлупу и передал угощение питомцу. Ещё через три ореха подошёл Камид.

– Капитан Риджад ничего не говорил про сбор поискового отряда. – усаживаясь рядом со мной сообщил десятник. – И никто не говорил.

– Можешь уточнить у него сам.

– Ошибся? – насмешливо хмыкнул гигант. – Я уже перестал удивляться тому, что происходит с момента твоего появления, Дирек. Но если ты вдруг ошибёшься – это сильно меня удивит. Я не имею ничего против того, что старшие офицеры планируют какие-то вылазки без ведома простого десятника. Мне не нравится, что один из моих бойцов всегда знает больше меня. Намного больше меня. Ты ведь в курсе, что без моего согласия никто из десятка никуда не пойдёт?

– Ты против? – уточнил я.

– Конечно против! – недовольно рыкнул Камид. – Если так дело пойдёт дальше, то с тобой и Ридрой я смогу добрать нужное количество людей и претендовать на повышение до малого резервного отряда. Всё остальное уже давно готово, но толковых бойцов всегда не хватает.

– Милош говорил, что скоро уйдёт. – нейтрально заметил я. Маловероятно, что десятника так уж волновало повышение. Ему и так неплохо жилось. – Ему уже поступило предложение от какого-то лейтенанта.

– Милош никуда не денется. – отмахнулся Камид и неожиданно серьезно посмотрел на меня. – Насколько всё плохо, Дирек? Я понимаю, что ты не скажешь мне всего, но я ведь не идиот. Я вижу, как всё стремительно меняется. Вижу, как с тобой носится Аньего и все остальные. Мэтр Вильер вообще разве что в рот не заглядывает. Ты однозначно знаешь, что происходит.

– Возможно. – кивнул я.

– Так расскажи! – потребовал десятник. – Без подробностей.

– Этого я тебе не смог бы сказать при всём желании, десятник. – покачал головой я и, опережая следующую фразу собеседника, добавил. – Не потому, что не доверяю или не могу говорить. Я просто не знаю, к чему всё идёт. Одно могу сказать точно – всё очень и очень плохо. Если у тебя есть такая возможность, то тренируй ребят всё свободное время.